– Герр офицер! – обратился я к переднему. Здоровенный немец, не снижая темпа, кивнул вправо. Ага, вот он – командир группы.
– Вас?
– Герр офицер! Их бин… проводник! Маршрут!
– Вас? Генрих!
Из середины строя выдвинулся еще один немец, копия первого. Такой же здоровенный.
– Кто вы есть?
– Их бин полицай! – Я выставил вперед руку с повязкой. Ну, а кого же вы тут ожидали встретить? Санта-Клауса? Пулеметчик на меня внимания не обратил. Лица он на такой дистанции не видит, шинель знакомая, стою я на дороге, куда только что ушла парочка таких же полицаев. Значит – что? Значит – свой. Чужой под пулемет, да еще днем, не пойдет. И для этих немцев я свой – стою практически в расположении части, форма им знакома, а в лицо тутошних полицаев они не знают.
– Что вы хотеть нам сказать?
– Их бин проводник. Показать герр офицер дорога в лес.
– Гут! – Немец обратился к офицеру и перевел ему сказанное.
Тот кивнул и что-то ему сказал.
– Вы идете вперед, показывать дорога.
– Да-да, конечно.
Мы бодро потопали в лес.
Так, вот и поле. По натоптанным тропкам было видно, куда направились предыдущие группы. Так, вот и граница поля, смотрим. Ага! Я повернулся к немцам:
– Герр офицер!
– Что вы хотите сказать? – нарисовался переводчик.
– Предыдущие группы направились туда и вон туда. Нам надо идти в ту сторону.
– Почему? Там нет след, никто не ходил.
– А зачем нам идти туда, куда уже все пошли? Там, куда я показываю, тропинки были, мы там ходили раньше.
– Где был задержанный бандит?
– Который, господин офицер? Их тут много было.
– Последний. Тот, которого поймали позавчера.
– Там и был, куда я показываю.
– Почему туда не пошел никто?
– Никто, кроме меня и еще троих, не знает место. А они еще в патруле, как вечером ушли, так и не вернулись еще. А я тут в секрете был, меня и предупредили те, кто раньше вас прошел.
– Так есть, нам говорили – мы можем их встретить.
– Вот вы меня и встретили. Они дальше в лес ушли, я их не видел. Меня тут оставили, а сами ушли дальше.
– Почему?
– Не знаю. Они сами вместе ходят, всегда рядом, с нами не говорят особо.
– Почему никто не пошел туда с вами?
– Не знаю. Мне приказали встретить вас.
– Именно нашу группу?
Умный немец! Палец в рот не клади! Говорит, а руки около автомата держит. Да и другие встали так, чтобы на линии огня не маячить. Недоверчивые какие! Им тут честно проводника дали, чтобы впустую по лесу не ходить, а они…
– Мне сказали, первую группу, которая пойдет в эту сторону.
– Кто сказал?
– Наш старший, который вместе с вашими солдатами в лес пошел.
Съел?! Откуда этому немцу знать, кто из полицаев, пошедших в лес, старший? И какое он получил конкретное указание? То, что в лесу есть еще полицаи, кроме пошедших с немцами, – они знают. А вот их имена и приметы никто и не удосужился сообщить немцам.
– Почему небрит?
– Что?
– Почему вы небритый? Лицо грязное – почему?
– Так мы ж еще вчера в лес ушли, где там умываться было? Я думал, вернусь, так и поспать сумею и поесть. А тут говорят – иди в лес. Может быть, мы тогда за остальными группами пойдем, там старший есть, он все и скажет подробно. А я тогда в лагерь вернусь, поем…
– Нет. Идти туда, где вы сказали. Есть – потом.
Мы снова зашагали по полю. Пересекли засыпанный противотанковый ров. Прошли мимо памятного мне танка. Вдали, на поле, виднелась группа немцев. Они что-то делали около места, куда я свалил вчерашних полицаев. Ищите, ребята, ищите. Трое точно там, а вот четвертый…
– Вот тут, герр офицер, тропа была. Сейчас не вижу, наверное, снегом замело.
– Куда идти?
– Вон к тем деревьям и от них – налево.
Откровенно говоря, снег был не совсем виноват. Я еще вчера поработал тут сломанными ветками, вон они в сторонке лежат. Ну, а нападавший за ночь снежок еще и слегка это припорошил.
– Стоять тут. Никуда не ходить, быть рядом.
Немцы сноровисто развернулись в цепь. Пулеметчики залегли на флангах, минометчики остались на месте, только отошли под прикрытие поваленного дерева. Вперед выдвинулась парочка солдат. Они внимательно осмотрели место, прошлись метров пятьдесят и один из них призывно махнул рукой. Тропу нашел? Похоже, что так. Остальные немцы быстро продвинулись вперед и снова остановились. Так, перебежками, мы прошли еще метров пятьсот, и я снова подошел к немцу:
– Герр офицер!
– Да?
– Вон там, слева, разбитый дзот. Там его и поймали.
– Где точно?
– Вон два больших дерева, метров двадцать справа от них. Немец повернулся к офицеру и перевел ему сказанное.
Тот кивнул и отдал команду. Солдаты рассыпались по кустам, а минометчики развернули свой миномет. Осторожно, прикрывая друг друга, солдаты приблизились к дзоту. Двое передних быстро заняли позиции по бокам от входа. На снегу ясно прорисовывалась цепочка следов, ведущая внутрь дзота (не зря я вчера ногами топал!). Один из немцев, стоящих у входа, взмахнул рукой.
Бух!
