Где находится лазарет, Айден знал. Ровно между жилыми комнатами и крылом, где проходили физические тренировки. Помещения были обширными, но спрятанными от чужих глаз: пришедшему в лазарет открывалась комната, завешенная травами и заставленная шкафами. Но не с зельями, а с папками и делами учеников. Ничего личного, только то, что могло понадобиться лекарю, например, есть ли аллергия на то или иное зелье.
Внутренние помещения прятались за массивной деревянной дверью, украшенной замысловатыми изображениями трав. Айден понадеялся, что эти комнаты он никогда не увидит. Ни шкафов с сильными зельями, ни кроватей лазарета.
Когда Айден вошёл, в комнате сидела лекарка и перевязывала пучки трав за столом. Среднего возраста со светлыми волосами и в льняном платье, традиционным для людей её рода деятельности. Она окинула Айдена с головы до ног внимательным взглядом, пытаясь определить, что он себе сломал или где истекает кровью.
– Мне нужна ваша помощь, – сказал Айден после того, как вежливо поздоровался. – У моего соседа по комнате весь день болит голова.
– В аптечном шкафу есть зелья.
Никто не ходил к лекарям с головной болью, для этого и правда имелись пузырьки в каждой комнате. Айден понимал, что лекарка так говорит, потому что наверняка каждый второй приходит, забыв проверить шкафчик. Но Айден устал после целого дня занятий, его раздражала такая реакция, и он сказал холодно:
– Он даже с постели не встаёт. И зелье ему не помогло. Очевидно.
Лекарка нахмурилась:
– Как зовут твоего соседа?
– Николас Харгроув.
– Ох. Идём.
Сначала лекарка скрылась во внутренних комнатах, вернулась с сумкой и, не замедляя шага, вышла из лазарета, так что Айден едва за ней поспевал. Она шагала молча, только уточнила, какая именно комната, и позволила Айдену вести. В гостиной бросила:
– Жди здесь.
И отправилась в спальню.
Айден уселся на диван. Подождал. Из спальни слышались приглушённые голоса, но ни слова не разобрать, а подслушивать Айден считал ниже своего достоинства, хотя признался себе, что мысль такая у него мелькнула. Он достал книгу по истории искусства и начал читать заданную главу.
Лекарка провела внутри не так много времени, потом вышла и спокойно направилась на выход.
– Стойте! – вскочил Айден. – Так что с ним такое-то?
Остановившись, лекарка смерила его пристальным взглядом, и Айден посмотрел на неё так, как смотрит принц, который хочет знать ответ. Лекарка перехватила сумку поудобнее:
– Я знаю Николаса ещё с лицея, у него случаются головные боли. Хотя обычно такие сильные приступы бывали позже, к экзаменам.
– Это опасно?
– Нет. Я дала зелье посильнее, он проспит всю ночь, утром будет в порядке.
– Почему у него болит голова?
Снова тот же внимательный взгляд лекарки, но Айден не дрогнул. Если она заявит, что не имеет права рассказывать, он настоит. Напомнит, что он вообще-то принц и она не может ему отказать.
– Ты ведь Айден, да? – спросила лекарка.
Он кивнул. Обычно к нему обращались по фамилии, а узнавая, кто он, буквально каждый незаметно подбирался или начинал чуть иначе относиться. Но лекарке, похоже, дела не было до статусов.
– Айден, ещё в детстве Николас получил травму головы. Не знаю подробностей. Но с тех пор у него бывают сильные головные боли. Из-за этого же проблемы с засыпанием, и он не любит яркий свет.
– А зелья?
– Иногда не помогают. А те, что есть у меня, слишком часто принимать не стоит.
– Я могу что-то сделать?
Лекарка тепло улыбнулась:
– Ты уже сделал, позвал меня. Так что Николас хотя бы ночью нормально поспит.
Она направилась к выходу, решительная маленькая женщина, которая наверняка привыкла латать безбашенных студентов. В её же лазарет принесли бездыханное тело Конрада, она же тогда успокаивала Кейна. К ней приходил Николас, когда у него болела голова.
Напоследок лекарка сказала:
– Ты первый сосед Николаса, который пошёл за мной и спросил. Ты хороший друг, Айден.
После её ухода он осторожно прокрался в спальню, не зная, уснул ли уже Николас. Его сосед по комнате, который боялся чувствовать себя уязвимым, мучился от травмы головы с детства и не хотел ехать домой – все факты, которые знал о нём Айден. Не так уж много, но ему казалось, он тоже прикоснулся к каким-то личным тайнам, как сам Николас знал о его магии.
– Спасибо, – пробормотал Николас сонно, – что позвал лекарку. Она меня отругала.
– Почему?
– Потому что стоило самому к ней пойти и сразу. Но я всё время надеюсь, что обойдётся.
Айден уселся на свою постель, смотря на белое пятно рубашки Николаса. Интересно, сколько раз он правда прогуливал занятия, а сколько не являлся из-за головной боли?
Айден хотел сказать ещё тысячу вещей, но промолчал, когда услышал размеренное дыхание уснувшего Николаса.
– Да что ты мельтешишь?
