Айден не винил их. Но не мог не думать, что если бы хоть кто-то, хоть один человек был рядом с Конрадом, то его брат мог живым уехать из Академии.
И кто-то врал о той ночи. Кто-то столкнул Конрада – или хотя бы видел, как это произошло.
– А ты не замечал ничего странного? – спросил Айден. – За Конрадом. Ну в последнее время. Может, он что-то упоминал или говорил.
Кейн пожал плечами:
– Всё как обычно. Хотя мне казалось, он был более напряжённым, его что-то тревожило. Я спрашивал, но он отшучивался. Я решил, это из-за окончания учебного года. Экзамены тогда выдались сложными. На ритуалистике составили круг, так чуть всё по Бездне не пошло. Один из наших грохнулся в обморок.
– Упустил чары?
– Слишком переживал. Хотя, конечно, кто-то тут же заявил, что это заговор Общества привратников!
Айден впервые слышал это название. Кейн правильно истолковал его молчание и пояснил:
– Местная легенда. Как привидения. Дескать, они обитают в этих стенах. А Общество привратников – тайная группа студентов, которая занимается запретной магией.
– И решили, что ваш обморочный из этого Общества?
– Ага. Но ты на него посмотри.
Кейн кивнул в сторону паренька на лошади. Худой, хрупкий, в седле он держался неуверенно и в целом походил на того, кто может от избытка чувств рухнуть в обморок, но не на того, кто промышляет запретной магией в тайном обществе.
– У него с чарами плохо, – сказал Кейн. – Но нас всех тот экзамен встряхнул, Конрада в том числе. Кстати, ты знаешь, что в этом году показательную магию между курсами проведут раньше?
Айден ещё смотрел на паренька, поэтому не сразу понял, о чем говорил Кейн. Нахмурился, вспоминая: в конце года, но иногда и в середине, курсы сгонялись вместе и перемешивались. Младшие колдовали в паре со старшими, показывая собравшимся, чему научились.
А заодно, конечно, знакомились и заводили нужные знакомства. Полезное со всех сторон мероприятие. И дикий ужас для Айдена.
– Конрад всегда ходил с Роуэном, – сказал Кейн. – Они устраивали целые представления со своими тенями. Ты тоже будешь с ним?
Он будет в панике.
– Вероятно, – вслух ответил Айден. – Мы с Роуэном ещё не говорили об этом.
Вот уж точно правда.
– Ты ведь сосед Харгроува? – спросил Кейн. – Вы с ним чары пробовали?
– Да. У нас неплохо вышло.
Ну почти правда! Если не считать хлестнувшей из носа Николаса кровищи, чуть не вышедших из-под контроля теней и вскрывшейся после первой же магии правды о проблемах Айдена. Неплохо.
– Я с Николасом пару раз работал на ритуалистике между курсами, – сказал Кейн. – В паре с ним тяжело, поэтому и ставили меня, но маг он сильный.
– Не самый сильный.
– Ему усидчивости не хватает. Он же один из первых среди индивидуальных зачётов, но как надо работать с кем-то, возникают проблемы.
Про индивидуальные зачёты Айден не знал. Николас говорил о своей магии как о весьма посредственной.
– Он в паре скорее ведущий, – продолжал Кейн. О магии он говорить любил. – Но ему нужен настоящий страхующий, кто даст плотную основу. Мне он доверять опасался, а это всегда сдерживает результат. Ну и мы с ним явно слишком разные, сложно смешивать энергию.
Айден был готов послушать ещё, но в этот момент всадники двинулись к конюшне, люди на лавках тоже зашевелились, а недалеко остановилась та самая девушка, поглядывая на Кейна. Он неловко поднялся, боясь опираться на сломанную ногу:
– Удачи, Айден. Заходи, если что понадобится.
Уже уходя, Кейн внезапно обернулся и добавил:
– И поговори с Лидией Блэкторн. Они в последнее время общались с Конрадом.
Об этом Айден уже слышал, хотя вряд ли Лидия могла знать что-то, о чем не был в курсе Кейн. Жаль, что соседа по комнате Конрада уже не спросишь. Как не вовремя Артур Финли взорвался дикой магией!
День клонился к вечеру, тени удлинялись и путались в кустах роз, превращая их в сгустки угрозы и мрака. Айден продрог, но в коридорах Академии быстро согрелся, пока поднимался в комнату. С удивлением увидел, что внутри не зажжены ни свечи, ни лампы, а Николас по-прежнему в спальне. Он что, весь день там провёл?
Осторожно шагнув в спальню, Айден увидел, что Николас и правда в постели, его рубаха выделялась ярким белым пятном на кровати. Он пошевелился, и Айден негромко спросил:
– Ты не спишь?
– Нет.
Поднос с обедом так и стоял не тронутым на столике, куда его поставил Айден.
– Еда остыла.
– Я не голоден. Спасибо.
– До сих пор голова болит? Это ненормально.
– Для меня нормально.
Айден потоптался на месте, но отступать не хотел:
– А зелье?..
– Не всегда помогает.
– Тогда нужно позвать лекаря.
– Не нужно.
– Но…
– Да угомонись уже, Айден!
Николас повысил голос, а потом сам же зашипел от боли и уткнулся лбом в кулак. Кажется, это был первый раз, когда он назвал Айдена по имени, а не храмовым мальчиком.
Развернувшись, Айден молча вышел из спальни, а потом и из их общих комнат.
– Угомонись, – пробормотал он. – Да иди ты в Бездну, придурок.
