Голова Томохиро склонилась вперед.
- Странно, - сказал он. – Ты была рядом со мной, но голос доносился издалека. Я не мог слышать твои слова. Все было… нечетким.
- Ты должен перестать рисовать.
Он не ответил.
- Ты не понимаешь? Почти повторился случай с Коджи. Ради этого ты рискуешь жизнью?
Он медленно поднял голову, глядя на примятую траву, куда упало тело дракона.
- Это стоит моей жизни, - сказал он. – Но не должно забрать и твою жизнь.
- Как можно такое говорить? Твоей жизни это не стоит тоже.
Он покачал головой.
- Даже если я не буду рисовать, эта… сила, проклятие, как ни назови… Она не исчезнет. Я Ками, Кэти. Я такой. Мне снятся такие реалистичные кошмары, что я могу умереть в них. Кандзи, что я рисовал для экзамена, могут разрезать запястье. И во многих иероглифах есть та же линия, что и в «мече», знаешь ли. Чернила повсюду, куда бы я ни шел, и порой… порой я теряю себя, как в этот раз, когда я не смог тебя слышать. Я отмечен этой тьмой. Такой я.
Он опустил голову.
- Я могу лишь научиться управлять этим.
- Тогда я… наверное, пойду.
- Что?
- Из-за меня все становится только хуже. Я – некий катализатор. И я не знаю, почему.
- Б-будет опаснее, если ты уйдешь.
- Прости, что?
- Мои чувства к тебе, Кэти, - сказал он, глядя на меня карими глазами. – А если сила реагирует на мои эмоции? Если ты уйдешь, то я… то есть, сила Ками может захватить меня. А если я не справлюсь с ней, или меня одолеют кошмары? Пока ты в безопасности. А для меня будет даже лучше, если чернила уничтожат меня. Если я не проснусь, то и не смогу тебя ранить.
Я уставилась на него. Я так много для него значила?
- Слишком драматично? – сказал он, рассмеявшись и покачав головой.
- Это не смешно.
- И не должно быть. Быть монстром – одиноко.
- Ты не монстр.
Он вытянул окровавленную руку в доказательство.
- Но так и есть. Но это не честно, - капли дождя стекали по его волосам. – Не только чернила охотятся на тебя, Кэти. Я тоже охочусь. Я хочу тебя так, как ничего еще не хотел.
Я горела. Каждый нерв пульсировал.
- Я пытался оттолкнуть тебя, издевался над тобой. Я едва заставил себя так поступать. Можешь думать, что я – сволочь, но когда я тебя увидел, боже, я не мог выбросить тебя из головы. А потом ты взобралась на дерево и позвала меня. Ты не боялась меня. Ты не отступила. Я почувствовал, словно ты можешь видеть настоящего меня. Мию служила напоминанием, что мне слишком опасно не быть одному. Но ты оживила меня, Кэти. И если мне придется за это сгореть, то я сам подожгу для этого спичку.
