ЛордДрек; Я никогда не говорил, что ты этого хотела, я пытался тебя успокоить.
Хартелла: Я была у сестры.
ЛордДрек: Ну тогда тебе не о чем беспокоиться.
Хартелла: нет
Хартелла: Я знаю
Хартелла: Аноми на канале модов
ЛордДрек: да, я вижу
Вилепечора: дерьмо
ЛордДрек: мы искренне думали, что он Ледвелл.
ЛордДрек: Клянусь, мы думали, что это он.
Хартелла: как вы думаете, мне стоит поговорить с полицией и объяснить, почему они встретились?
ЛордДрек: тебе решать.
Вилепечора: наверное, лучше рассказать им до того, как они придут и найдут тебя.
ЛордДрек: да, если ты позвонила ему и он сказала, что они встречались на кладбище, полиция захочет тебя увидеть.
Хартелла: да
Хартелла: Я лучше пойду подумаю, что делать
ЛордДрек: понял
ЛордДрек: береги себя xxx
Хартелла: ххх
<Хартелла покинула канал>
Я, который должен был знать,
предвидел беду!
Элизабет Баррет Браунинг
Аврора Лей
Собрание команды закончилось больше часа назад. Дождь продолжал лить на Денмарк Стрит. Небо за окнами офиса было грозово-темным, и отражения Страйка и Робин, единственных двух человек, остававшихся в офисе, казались призрачными в отражении окна.
Пэт задержалась дольше обычного времени ухода домой, но не потому, что ей особенно хотелось встретиться с сотрудником уголовного розыска, который, как сказала Робин, скоро будет здесь, а потому, что ей казалось, что Страйк недостаточно заботлив по отношению к своей партнерше.
— Она все еще выглядит бледной, — сказала Пэт Страйку, когда он вышел из внутреннего офиса, где Робин слышала, как он отменял планы на ужин с кем-то неизвестным. — Ей нужно выпить бренди. Я схожу и куплю немного.
— Я не хочу встретиться с полицией, провоняв выпивкой, Пэт, — сказала Робин, прежде чем Страйк успел ответить, — и я выгляжу ужасно только потому из-за офисного освещения. Я в порядке. Иди домой и хорошо проведи выходные!
Пэт сняла зонтик и сумку с прищепки у стеклянной двери и, бросив последний скептический взгляд на Робин, ушла.
— Что здесь не так со светом? — спросил Страйк, как только дверь закрылась.
— Из-за него все выглядят так, будто у них анемия, — ответила Робин. — И тебе не нужно было отменять свои планы на ужин. Я не против встретиться с полицией одна.
— Я лучше останусь, — сказал Страйк. Хочешь еще чаю?
— Было бы здорово, — сказала Робин. — Спасибо.
Она была рада, что он не ушел. Она чувствовала себя более потрясенной, чем хотела признать. Нуждаясь в активности, она сложила пластиковый стул, на котором сидела во время собрания команды, убрала его и устроилась на вращающемся стуле за столом Пэт, что было гораздо удобнее.
— Я положил туда сахар, — сказал Страйк Робин, ставя перед ней кружку.
— Я в порядке, ради Бога, — сказала Робин, теперь уже немного раздраженно. — Если бы я падала в обморок каждый раз, когда кого-то режут в Лондоне, я бы полжизни провела без сознания.
Страйк сел на диван из искусственной кожи со своей кружкой чая и сказал:
— Убийство Ледвелл никак не связано с тем, что ты отказалась взять ее дело. Ты ведь знаешь это, верно?
— Да, — сказала Робин, предпочитая потягивать чай, чем встретиться с ним взглядом. — Очевидно, что знаю.
— Мы не могли взять дело раньше, чем клиентов из списка ожидания.
— Я знаю.
— И даже если тролль, которого она пыталась разоблачить, был тем, кто ударил ее ножом, — продолжал Страйк, — что, я должен сказать, крайне маловероятно, — но даже если бы тролль был убийцей, мы бы никогда не узнали, кто это был, за такой короткий промежуток времени.
— Я знаю, — повторила Робин, — но… но Эди Ледвелл могла бы чувствовать себя немного счастливее в последние несколько недель своей жизни, думая, что она что-то делает для… Вот черт, — сердито сказала она, отвернувшись от Страйка, чтобы вытереть глаза рукавом.
Яркий образ Эди Ледвелл настойчиво лез в ее сознание: размазанная подводка, татуированная рука с обкусанными ногтями, крепко держащая на коленях дорогую сумку с чернильными пятнами. Дождь барабанил по окнам. Робин очень хотелось, чтобы сотрудники уголовного розыска поторопились. Она хотела знать, что именно произошло.
Звякнул зуммер. Робин вскочила, но Страйк уже поднялся с дивана. Когда он нажал на кнопку интеркома, нечленораздельный голос произнес:
— Старший инспектор Райан Мерфи на допрос к Робин Эллакотт.
— Отлично, поднимайтесь, — сказал Страйк и нажал кнопку, открывая дверь на улицу.
Страйк вышел на площадку и посмотрел на металлическую лестницу внизу. Два человека поднимались по лестнице в сторону их офиса. Один из них был высоким мужчиной, другая — миниатюрной женщиной с черными волосами. Оба были одеты в гражданскую одежду.
— Райан Мерфи, — сказал офицер, приятный на вид мужчина с волнистыми светло-каштановыми волосами.
— Корморан Страйк, — сказал детектив, пожимая руку.
— Это Анжела Дарвиш.
