Остаток смены прошел как в тумане. Лесли улыбалась и действовала на автопилоте. Принести напиток. Поболтать «ни о чем» с клиентами. Улыбаться. Всегда помнить об улыбке. Казаться искренней. Она устала, действительно вымоталась, но ей все удалось. Столик за столиком, заказ за заказом она справилась со своей работой. Закон жизни: продолжай идти вперед, и все пройдет.
Когда смена закончилась, она подсчитала чаевые, сложила купюры — мой татушный фонд — в карман и напомнила себе не вынимать деньги, когда отец или Рен могут их увидеть. Она шла по Трестл-Вэй, слишком уставшая для того, чтобы замечать людей вокруг себя. Я просто с ног валюсь. Она прошла уже несколько кварталов, когда столкнулась с Эни и Тиш.
— Лесли! — крикнула Эни. Она совершенно не умела разговаривать с нормальной громкостью. — Господи, ты выглядишь кошмарно!
Тиш толкнула сестру.
— Усталой. Она хотела сказать, что ты выглядишь усталой. Верно, Эни?
— Нет, она выглядит так, будто ей надо расслабиться. — Эни, как всегда, даже не подумала извиниться. — Мы собираемся в «Воронье гнездо». Ты с нами?
Лесли выдавила улыбку.
— Не уверена, что смогу сегодня столько пройти. Эй, я встретила вашего отца. Он милый.
По дороге Лесли выборочно рассказала им подробности — опустив то, что Габриэль подвез ее на работу, и свою собственную невероятную жестокость. Лесли чувствовала, что ее колени дрожат, когда девушки свернули на Харпер. Слишком устала для всего этого. Она выдохнула несколько раз и остановилась. Рядом с ней несколько человек в страхе съежились, вжимаясь спинами в стену, как будто на них плотоядно уставилось нечто ужасающее. Один из них плакал, умоляя о пощаде. Лесли не могла пошевелиться.
— Просто бродяги, Лес. Перебрали наркоты или типа того. Пошли. — Сестры продолжали идти, подталкивая Лесли.
— Нет, — Лесли покачала головой. Здесь было что-то другое. Она силилась увидеть это, будучи абсолютно уверенной в том, что там было нечто, похожее на тень, накрывающую другие тени.
Она пошла к теням, как будто внутри ее живота была натянута нить, и она все сворачивалась и сворачивалась. Мужчина неистово танцевал на крыльце, что само по себе было достаточно странно, но, ей казалось, что он еще и был покрыт шипами, совсем как блестящие зеленые стебли роз.
Эни обхватила Лесли рукой за талию.
— Пошли, соня. Пошалим. У тебя откроется второе дыхание, как только ты начнешь двигаться.
— Ты видела его? — Лесли снова споткнулась.
— О, подожди, пока увидишь новые мишени для дартса, которые Кинан купил для клуба, — захлопала в ладоши Тиш. — Я слышала, что его новая подружка только обмолвилась, что хочет попробовать поиграть в дартс, и вуаля — на следующий день появились три новые мишени.
— Она не его подружка, — пробормотала Лесли, оглядываясь на дверь. Шипастый мужчина помахал ей.
— Неважно. — Эни тащила Лесли вперед. — Зато есть три новые мишени.
Лесли не пробыла в клубе и полчаса, когда там нарисовался Митчелл — ее горластый бывший. Пьяный в хлам. Неудивительно.
— Лесси, детка! — Он нахально улыбнулся. — Где сегодняшняя игрушка? Или… — он понизил голос, — ты сейчас обходишься штукой на батарейках?
Его тупые дружки заржали.
— Отвали, Митчелл, — ответила Лесли. Общаться с ним всегда было неприятно. После того, как мать бросила их, Лесли и Рен много раз совершали неправильный выбор в погоне за дозой. Потребности Рена обошлись Лесли слишком дорого, но даже до этого она сама делала выбор, за который ей многим пришлось заплатить. Она пыталась забыть, где она была, как плохо ей приходилось. Все это заставляло ее совершать дурацкие поступки. Митчелл был одним из таких.
Из ниоткуда появился Ниалл.
— Ты в порядке?
— Буду. — Лесли повернулась, чтобы уйти от Митчелла, но он схватил ее за руку. На ум пришел непрошенный образ наркодилера, рухнувшего на землю, когда она держала его запястье. Это было бы неправильно. Она посмотрела на руку Митча на своей коже. И что с того? Он сам неправильный.
— Не трогай Лесли, — сказал Ниалл. Он не двигался, но напряжение в его теле было достаточно заметным, чтобы люди отступили назад.
— Ниалл, все в порядке. Я справлюсь. — Она забрала руку от Митчелла, но когда отвернулась, тот шлепнул ее по заду. Его друзья снова захохотали, но в этот раз смех звучал немного нервно.
Лесли развернулась, сжав руку в кулак, злая до такой степени, что ей было чрезвычайно хорошо. На какое-то время ее зрение затуманилось. Все в клубе смотрели на нее, но они не выглядели людьми. Когти, шипы, крылья, рога, шерсть, уродливые черты — почти все люди выглядели как-то не так. Это заставило ее помедлить. Ниалл встал перед ней и спросил:
— С тобой все в порядке?
С ней было далеко не все в порядке. Пульс участился, как будто она запивала таблетки кофеина литрами эспрессо. Зрение дало сбой, эмоции смешались; но она не собиралась говорить об этом. Вместо этого она сказала:
— Я в порядке. В порядке. Все… в порядке. Тебе не надо…
— Он не должен с тобой так обращаться, — перебил ее Ниалл.
Лесли положила руку на его плечо.
— Он никто. Пойдем.
