Точно так же, как если рассмотреть под увеличительным стеклом незначительную крошку, можно разглядеть в ней огромную вселенную, так и в огромном мире что-то очень значительное может стать ничтожным с другого ракурса.
Голубое небо. Под небом золотые листья, словно песочные часы золотой осени равнодушно кружатся вниз. Туда где беседуют два шахматиста сыгравшие за свой век не одну историю игр. И на лавочке на которой сидят, они тоже много играли раньше.
— А знаешь, за что я полюбил шахматы?
— Конечно знаю. Из-за денег, из-за чего же еще. Все шахматисты это прежде всего алчные, циничные и меркантильные эгоисты.
— Да нет, кроме шуток. Как думаешь, из-за чего…
— Какие тут шутки? Посмотри на меня! Я… (выворачивает карманы) так и не смог научиться в них играть. Не повезло… Я все же могу предположить милый друг, за какие достоинства ты полюбил шахматы. И уверен, что в сравнительной степени окажусь прав. Но так же я полагаю, что ты собирался сказать мне все это по-особенному. Образами, которыми мой язык сказать не готов. По крайней мере экспромтом. Так что говори сам. Не тумань цветы.
— Хитро и верно. Хорошо, скажу. Во-первых: не люблю сидеть на месте, хоть в шахматах не нужно прыгать. Я думаю — а значит сиднем не сижу.
— Продолжай…
— Каждая игра имеет свой завершенный конец. Нет неопределенностей, нет недоговорок, нет вранья. Все объективно. Все карты открыты. Каждая игра — жизнь. Где король это ты, но не обязательно, что ты Король. Где ферзь может считаться за самого близкого тебе человека. Я представляю любимую жену. Остальные фигуры твоего цвета это так или иначе дорогие тебе люди, в зависимости от их значимости и роли в настоящей партии. Ведь подчас обыкновенная пешка имеет гораздо больше веса, чем к примеру ладья или офицер. Ну а прочие фигуры, они же фигуры противника, это твоя работа, твой долг, твои проблемы, твои дела, общество в котором ты живешь, система, деньги, проблемы твоей жены, которых ты порой не замечаешь и так далее. Все это так интересно мой друг! Эта аналогия — я готов рассматривать ее, рассматривать и рассматривать. Больше всего меня привлекает ферзь. Твоя любимая! Что для нее можно пожалеть? Трудно сказать. Ты с радостью отдаешь ей право на клетку своего цвета. В то время, когда сам ведешь себя пускай и свободно, но все же не забывая о границах кротости, ей ты позволяешь почти полную вольность действий (только не изменяй мне и не поступай как лошадь). Ради нее ты готов позабыть о любой другой фигуре. И я даже знавал шахматистов, которые лучше выйдут из-за стола, чем продолжат игру без нее. Но дело в том, что партия это только твоя жизнь — не ее. И все что ферзю разрешено творить на доске, это то, что ты готов позволить делать жене в твоей жизни. И когда ты не боишься потерять ее, то влюбляешься сильнее всего, увидев ее во всей красе. А терять всегда одинаково печально. Так лучше дать ей свободу и верить, чем держать на коротком поводке сомнений. Потеря жены в партии не означает ее смерти. Она только исчезает из твоей жизни. Но не забывай, у тебя есть верные друзья. С помощью Их, и твоего с ними упорства и целенаправленности любимую можно вернуть. Довести пешку до конца. Не в каждой партии такое возможно — не у каждого в жизни. Поэтому нужно вернее расставлять приоритеты и не допускать случаев потери любимой. Хотя смотря чего ты от жизни ждешь? Победы или счастья? Или, быть может, твое счастье и заключается в победе? Никто не одинаков. А упускают ферзя в точности как в обыкновенной реальной жизни. Увлекаются в свои дела и не замечают, как вокруг нее все меняется. Нет сомнений в том что ты ее любил и любишь сейчас. И последний раз, когда вы жили на одном дыхании, ты находил в ней свою уверенность и запомнил ее такой. Запомнил то твердое, казалось непоколебимое ее место в твоей жизни. Успокоился и увлекся в себя. Работа, деньги, друзья, что угодно. Ей твоего внимания достается меньше всего — жалкие крохи. И ты не уделяя ей себя, не можешь видеть как со временем положение кардинально меняется. И в какой-то момент ты ее теряешь. Бывают и измены. Спасешь какую-нибудь фигуру, думая, что сейчас она тебе нужнее всего. А этот ход открывал ферзя для противника, но тебе не дано это заметить — тебе зачем-то нужна та другая фигура. И когда ферзь уходит ты понимаешь, что для тебя было нужно и важно на самом деле, а что являлось просто легким увлечением, заводить которое было ошибкой, возможно всей партии.
Осенние аллеи. Как же вы притворны. Влюбленным — романтичны. Детям — забавны. Уборщикам — надоели. Водителям — безразличны. Африканцам — незнакомы. А одиноким — единственное место для утешения.
Молодой человек с растрепанными волосами, невидящим взглядом и рассеянным настроением неторопливо бредет по золотой аллее. Он мечтает, чтоб она никогда не заканчивалась. Пускай заведет его туда где он сможет спрятаться от самого себя. Или пусть лучше покажет ему самое начало. Даст возможность исправить эти ужасные ошибки. Поможет найти то, чего он не видел в прошлом и принести туда что хотел бы называть своим будущим.
