— Я приду вечером. Постараюсь принести что-нибудь съестное. А еще постараюсь связаться с Никой. Она ведь сбежала как-то отсюда, из этого самого крыла замка. Я не случайно привела тебя сюда.
— А если не получится связаться?
— Когда не получится, тогда и будем думать, — огрызается моя новая подруга и, смягчившись, замечает:
— Ты бы попробовал позвать своих хранителей. Их помощь сейчас будет как нельзя кстати. Когда ситуация становится критической, наши способности временно возвращаются.
И добавляет совсем уж непонятно:
— Конечно, если бы Шульц уже успела приготовить твой стимулятор, то Ярик мог бы попробовать его свистнуть. Черт!
— В чем дело?
— Нельзя. Вдруг Ярик и есть предатель.
— Ну Ярик-то уж точно не при делах. Как и малышка, — возмущаюсь я. — Я в них не сомневаюсь. Может, Берт или этот рыжий?
Скептически поджав губы, чернявая смотрит на меня.
— Вряд ли это Берт, — говорит она. — Когда сдали Нику, он был в невменяемом состоянии.
— А кто его знает, — бормочу я. — Может он как раз в этом состоянии и постукивает Граветту.
— Нет, он патологически честен, — энергично трясет черными космами Леди.
— Тогда остается рыжий, — уверенно говорю я. — Мне он сразу не понравился. Самодовольный тип. Хотя какая теперь разница…
— Еще какая! — возмущается чернявая. — Ну ничего, я тут кое-что придумала. Сегодня вечером мы поймаем этого гада.
— А что это за стимулятор, который должна была сделать Шульц?
— Нет, — сокрушенно качает головой Леди Нест. — Ты точно дундук.
И как маленькому и глупому ребенку, делая длинные паузы и после каждой фразы вопросительно заглядывая в глаза, начинает рассказывать.
В замке действительно занимались исследованиями детей с паранормальными способностями. Насколько научными были эти исследования и с какой целью проводились — отдельные вопросы, ответов на которые у Риты не было, но в благие намерения Граветта она не верила. Почему в нашей стране? Потому что в Европе провернуть такое было бы намного труднее хотя бы потому, что она меньше, там все на виду. Тогда почему не в Африке? А кто сказал, что подобных центров нет в Африке? Как, впрочем, и в Европе.
Однако, Граветту хронически не везло: ему попадались либо «пустышки», которых быстро отправляли обратно домой, либо дети с остаточными способностями. Возможно, само Провидение берегло отмеченных даром детей от сомнительных исследований господина Г, его пленниками становились лишь лишившиеся покровительства свыше.
Как правило, дар пропадал после какого-то дурного поступка, оставляя лишь слабое напоминание о себе. Чтобы не забывали об утрате. У самой Риты способности исчезли после гибели артиста. У Берга дар пропал после того, как кто-то из соучеников поймал его на слабо, и он пошел против учителя. Для ученика мага подобная дерзость неслыханна. Рыжий Лис, называющий себя пророком, — теперь жалкая пародия на себя прежнего. Если раньше он мог проникнуть в суть вещей и явлений, увидеть тот изначальный импульс, который запускал череду событий, мог предсказать исход любого дела в зависимости от решений и поступков людей, то теперь видел лишь неправильности в печатной строке. А все из-за того случая, когда по его вине произошло убийство. Лис указал пальчиком, а мужик взял охотничье ружье и пошел мстить обидчикам. Не каждый человек останется спокоен, узнав имя того, кто виноват во всех твоих бедах. И Лису стоило думать, прежде чем делиться информацией.
Ярик. Одновременно с ним посвящение в ту летнюю ночь проходил еще один мальчик. Его впустили в дом через другое окно. Его шаги и слышал Ярик. И плач, крики, просьбы о помощи, когда под ним провалились прогнившие доски пола. Но Ярик струсил, хотя мог помочь. Утром, когда выяснилось, что в лагере не хватает одного ребенка, начались поиски. Нашли мальчика днем. К этому времени он был уже мертв.
Исключением была Ника. Редким, если не единственным.
Шульц безуспешно пыталась восстановить способности детей. Единственное, чего она смогла достичь, перепробовав кучу вариантов, — создание стимулятора, который восстанавливал дар лишь на время и не в полном объеме. Стимулятор был неудобен тем, что для каждого человека его приходить изготавливать индивидуально, и он имел массу побочных действий. Головные боли Леди тому пример. Пока разобрались, что к чему, наплодили инвалидов. Созданием такого стимулятора для меня должна была сегодня заняться Шульц. И если бы она успела его сделать, то Ярик мог бы пробраться в лабораторию и украсть его для меня. А я бы смог связаться со своими хранителями, которые могли бы помочь мне. И тогда бы…
Сплошное сослагательное наклонение.
Рита уходит, обещав вернуться вечером, и я разворачиваю бутерброд. Есть мне совсем не хочется, но я через силу запихиваю в себя булку с ветчиной. Надо, — говорю я себе. Кто знает, когда в следующий раз представится возможность заморить червячка.
