Я эти два месяца в голове все крутил и крутил, разрабатывал план, куда мою девочку увести от всех подальше, спрятать от лишних глаз, чтоб не нашли ее…Никто не смеет касаться ее даже взглядом. Был спокоен только когда она рядом, и у меня дома. Понимаю, что вечно ее в четырех стенах не удержать. Ангелочек будет выходить, я не всегда могу быть рядом! Буду подыхать от мысли, что с ней что-то случится. За свои тридцать семь лет научился крепко стоять на ногах, ни перед чем не склонял голову, никого не боялся. Боялись всегда меня. Но прекрасно понимал, что если хоть один волос с ее головы упадет, моментально выбьется почва под моими ногами.
Никогда не позволяйте своим страхам долго быть у вас в голове. Они обязательно сбудутся. Я усилил охрану у ее дома, она не в курсе этого, и не нужно. Главное в безопасности Ангелочек. Три дня моя девочка не выходит. Обманула, что бабка больна…А я…Я что не болен? Я самый больной из всех людей! Болею тобой. Позвонили парни, сообщили, что она поехала куда-то. Одинадцать ночи, куда поперлась. И даже не сообщила…Я выбью эту дурь, подожди. Порку получишь ночью.
Села в машину, у меня от злости аж скулы сводит. Когда услышал не пойдет ко мне, не хочет, я чуть с катушек не слетел. Высадил на дороге, а сам не далеко остановился, караулил. Пусть походит немного, может протрезвеют мозги…Я подыхаю там без нее, она видите ли не хочет! Я ночью покажу этой наглой, что такое не хочу, ее любимым способом. И моментально у меня встал, как подумаю, что ее сегодня под себя уложу. Она любит, когда я по грубому ее трахаю, тащусь от ее криков и царапин, оставленых на моей спине…Завел мотор и поехал обратно к дороге…Дергается, не хочет садиться, я толкнул к машине и навис над ней, понять не могу, что происходит. Опять эти ведьминские глаза меня затянули. Стою и не могу пошевелиться. Смотрю на нее, залипаю просто. Начинает рыдать. Б….ть если узнаю, что кто-то обидел кишки выбью. Неужели до сих пор на меня обижена.?Что с ней?
Резко услышал звук колес и достал ствол. Именно этого боялся…Застали твари меня в удобном моменте. Выпускаю пули, ее огораживая. Уже трое повалил. В голове только то, чтоб Ангелочка зашитить.
Я впервые понял, что такое боль! Не просто понял, я почувствовал ее сполна!!Резкая, уничтожающая всего меня, боль…Она схватила меня за плечи и упала на землю.
Упал и Я.Не в прямом смысле…В одно мгновенье не почувствовал почву под ногами. Суки уехали, как только она упала. Я обезумел, сорвал голос от крика…Закрыла глаза. Не смей Ангелочек, слышииишь, не смей!!!Ты не уйдешь. Не оставишь меня…
Не помню как, отвез ее в больницу! Ехал на бешеной скорости, это чудо, что сам не разбился. Я крушил там в больнице все, озверел. Разучился дышать, пока она лежала в операционной…Это не у нее в теле была пуля, у меня. Не она ранена, а я!!!Если ее не будет я сдохну! Выпущу себе в башку пулю…Ведь знал…Предвидел, что так будет, но думал, что могу защитить. Не смооог…Б….ть,не смог! Они там на дороге появились, чтоб ее убить, не меня.
Ангелочек ты не умрешь. Я и так живой труп, посмотри. Я еле дышу! Я поставлен на колени этой проклятой жизню. Никогда бы не подумал, что так будет…Вижу Сафарова. Откуда взялся не пойму. Смотрит на меня, в его глазах тоже боль. Он видит мое состояние, я в такие моменты очень опасен, не зря ведь говорят, лев опасен-когда ранен! Я был ранен в самое сердце. От меня будто оторвали половину, я не могу даже стоять. Хожу с одного края больницы в другой, со стальными глазами, каждая минута длится будто вечность…
Пусть людям всем, пока стоит Верона, Та статуя напоминает вновьДжульетты бедной верность и любовь.
Ромео статую воздвигну рядом: Ведь оба нашим сгублены разладом.
Но нет печальней повести на свете, Чем повесть о Ромео и Джульетте.
Моя романтичная глупышка закрывает книжку Шекспира, и с грусными глазами смотрит на меня.
— Жан, что ты сделаешь если я умру?
Приложил палец ей на губы…
— Не смей, думать об этом даже в шутку.
— Ну а если???
— Если ты умрешь, умру и я!!!Поняла меня…Умрем вместе!
Она улыбнулась своей ослепительной улыбкой и оседлала меня на полу библиотеки.
— Жаан, я люблю тебя!
Зарываюсь ей в волосы, меня сводит с ума ее аромат, ее кожа, ее голос…
— На сколько сильно любишь?
— Это не описать словами…
Сам уже залез ей под юбку и поднимаюсь по бедру, покрывается мурашками под моей ладонью, шепчу на ухо.
— Покажи!
Она опускает глаза и начинает растегивать пуговицы на моей рубашке…Ее этот взгляд. Как она, черт возьми может быть такой стеснительной и порочной одновременно. Расстегнула все пуговицы, проводит пальцами по моей коже, и тянется к губам. Целую ее с бешеной дикостью, потягивая губы. Опускаюсь к шее, она вскрикивает когда оставляю пометины, поваливаю на пол раздвигая ей ноги……….
Из воспоминаний меня резко выводит скрип двери в операционной. Чуть ли не набрасываюсь на врача.
— Состояние пациентки очень тяжелое…Мы сделали все, что могли! На остальное воля Бога! Ребенка к сожалению не спасли…