Его жена вскрикнула, равно как и один из гостей-мужчин. Гостья упала в обморок. Коррен так крепко вцепился в край стола, что казалось, ногти намертво срослись с деревянной поверхностью. За балконной дверью стоял мужчина. Вернее, дух, выглядевший как человеческий мужчина, возникший на балконе из ниоткуда.
Нет, конечно, спиритические сеансы и раньше не проходили безрезультатно. Духи появлялись, но совсем не так. Все больше воздействовали на разум кого-нибудь из присутствующих, внушая ему мысли, которые следовало передать остальным. Или же руки гостей начинали двигаться от букве к букве, и последние складывались в передаваемые вызванной сущностью слова. Но чтобы вот так, образ мужчины, практически материальный, — подобного не было никогда. Ощущения материальности добавлял и наряд духа: он отчего-то был одет только в нижнее белье да расстегнутую рубаху.
Увидев, что ему удалось привлечь всеобщее внимание, дух улыбнулся (как показалось присутствующим — зловеще) и знаком показал, что хочет войти в комнату.
— Может быть, не надо? — испуганно пропищала хозяйка, но Коррен сурово покачал головой.
Уж если неприкаянный дух откликнулся на призыв, негоже оставлять его за дверью. Он может расценить это как оскорбление, а уж тогда всем точно не поздоровится. И хозяин, скрепя сердце, распахнул балконную дверь.
— Добрый день! — вежливо сказал «дух».
— Добрый, — неуверенно ответил нестройный хор голосов.
Не поздороваться с призраком казалось опасным.
— А я заглянул к вашей соседке слева, но ее муж внезапно вернулся, вот и пришлось перебраться к вам.
«Дух» улыбнулся с обманчивой непринужденностью.
— У нас слева давно нет никакой соседки, — таким безжизненным голосом, словно он сам являлся призраком, сообщил хозяин. — И мужа тоже нет. Там живет одинокий старичок девяноста лет.
«Дух» перестал улыбаться: видимо, осознал, что его разоблачили. Обвел взглядом комнату; уделил особое внимание подготовленному для спиритического сеанса столу. Отметил также занавешенные окна. После чего медленно произнес:
— Это сейчас там живет одинокий старик. А вот прежде, когда я был жив, там жила весьма красивая молодая женщина.
Гостья, только-только начавшая приходить в себя, снова потеряла сознание. Остальные вцепились пальцами кто в столешницу, кто в подлокотники.
— В те времена я часто наведывался к ней в гости, — вдохновенно продолжал вещать «дух». — Но однажды домой неожиданно вернулся муж. Мне пришлось срочно бежать на балкон. А потом обо мне забыли. И вскоре я умер от голода и холода. — «Дух» опустил глаза, указывая на скудость своей одежды. — С тех пор я так и блуждаю по этому дому, неприкаянный. Перехожу от балкона к балкону и заглядываю в людские жилища.
Он тоскливо вздохнул.
— А… может быть, мы могли бы вам как-то помочь? — спросила сердобольная хозяйка.
— Могли бы, — обрадованно ухватился за это предложение «дух». — Проклятие спадет и я вновь обрету свободу, если вы по доброй воле предоставите мне возможность пройти через вашу квартиру и покинуть ее через парадную дверь.
— И все? — с плохо скрываемым облегчением в голосе осведомился хозяин.
— И все, — торжественно подтвердил «дух». — Тогда мой грех будет прощен и я смогу обрести покой.
— Так проходите же, конечно! — с готовностью предложила хозяйка.
«Дух» вопросительно посмотрел на ее мужа. Тот не возражал.
Мужчина в расстегнутой рубашке плавно пересек комнату и растворился в темноте прихожей. Открылась и вновь захлопнулась входная дверь. Гости выдохнули с облегчением. А затем принялись хором, в ажиотаже, обсуждать из ряда вон выходящее событие.
Стоит ли уточнять, что воздействующих на Крэя магов мы в тот день так и не обнаружили.
Когда мы вернулись к Алджи, Иртални в квартире действительно не было. Что-то заставило меня испытать в связи с этим чувство облегчения.
Иллюзия рассеялась почти сразу по возвращении. Собственно, именно это и заставило нас поторопиться с уходом из дома Крэя. Время наложенной Вайсом магии убегало сквозь пальцы, и мое инкогнито было под угрозой. В любом случае, стало очевидно, что вычислить преступника на месте не удастся. Вместо этого за Крэем установили круглосуточную слежку.
Алджи еще на некоторое время удалился в участок, затем вернулся, все так же воспользовавшись порталом. К тому моменту был уже поздний вечер. Мы вместе поужинали, а потом вместе легли в его постель, и это как-то само собой разумелось.
Увы, после возвращения в квартиру Алджи мои мысли все меньше занимало расследуемое дело и все больше — история, которую рассказал Иртални. Была ли она правдивой? Действительно ли жизнь Алджи каждую минуту находится под угрозой? От решений королей зависит слишком многое, даже если эти решения — сиюминутны и не обоснованы…
