МПР № 2: если кажется, что действие Рэй-Ки не естественно и не оптимально, смотри МПР № 1.
Разумеется, я исправно раз в неделю ходил на круги Рэй-Ки для первой ступени. Было это достаточно обыденно: собрались, дали друг другу Рэй-Ки (забавно, раньше мои развлечения носили немного иное название: «собрались, дали друг другу в морду»), задали вопросы, разошлись.
Правда, вопросы – это было хорошо. Сначала я стеснялся, что у меня больше вопросов, чем у всей остальной группы, потом перестал. Ну, что поделаешь, если я дурак?
Игорь, надо отдать ему должное, вел себя неизменно доброжелательно. Часть вопросов, касающихся второй ступени, он «отсек» сразу: «Когда получите вторую ступень – сами все узнаете». Зато на все остальные, самые идиотские (теперь-то я понимаю всю степень этого идиотизма) мои вопросы отвечал без тени раздражения.
В какой-то момент мне стало казаться, что ему даже бывало интересно, какая еще ахинея придет мне голову.
Главным, однако, для меня была следующая пара вопросов: «Зачем мне Рэй-Ки, если я и так практикую Ци-Гун?» и «Заменяют ли занятия Ци-Гун занятия Рэй-Ки?». Все, как всегда, имело очень простую подоплеку. Мне просто было лень делать Ци-Гун, и я искал возможность снять с себя эту ношу. Недаром, получив Рэй-Ки, я тут же прозвал его «Ци-Гун, который кто-то делает за тебя». Увы, Игорь сказал, что одно дополняет, а не заменяет другое, и сам он не только мастер Рэй-Ки, но и инструктор Ци-Гун. Так что он меня приглашает еще и на семинар по Ци-Гун.
Ладно, Ци-Гун у меня и так есть. Хороший. Будем советоваться с Сэнсэем, если, конечно, он еще «придет».
И он, спасибо большое, не замедлил появиться («пришел-приснился» или «пришелснился», не знаю). Как всегда, вовремя – когда у меня накопились вопросы. Или у меня всегда есть вопросы, и поэтому он всегда вовремя?
Разумеется, он начал не с ответов на вопросы, а с продолжения того, что он назвал «Уроком о принципах, подходах и различиях в Рэй-Ки»:
«У нас не только разный вход в систему (я – через многолетний подготовительный период, а ты – прямо с улицы), но и разные акценты.
У вас принципы – это всего лишь несколько попутных фраз, которые ученикам говорят лишь потому, что их положено сказать.
У нас – это основа системы, ее важнейшая часть, которая самоценна без всех остальных частей. А вот остальные части без нее – ничто. Кстати, принципов у нас не шесть, как тебе говорили на семинаре, а пять. Они точно совпадают с теми, о которых тебе говорили на семинаре, только принцип «Уважай учителей, родителей и старших» отсутствует. Думаю, ты поймешь, почему. Декларировать у нас такой принцип – все равно что у вас объяснять человеку, что правильно есть на чистой скатерти, а не на грязном полу. Никакой нормальный человек и так не станет есть, как собака.
У нас так развито уважение к старшим, что напоминать человеку об этом означает прямо его оскорблять. Думаю, во время пути системы с востока на запад в нее добавляли детали, которые, как считалось, могли помочь вам легче принять и лучше освоить ее».
Тут я начал хохотать. Чтобы Сэнсэй не обиделся, пришлось процитировать ему куски из детского стихотворения Самуила Яковлевича Маршака:
Понял Сэнсэй прекрасно. Но отнесся к этому совершенно философски. Вообще, для человека с такой мощной фигурой у него был слишком философский склад ума.
– Конечно, все изменилось, ведь путь был долгим по времени, расстоянию, культурным различиям. Не могло все остаться прежним – на новом месте в неизменном виде система бы, скорее всего, не прижилась.
В этих принципах, несмотря на их простоту, очень много чего заложено. Их важнейшую часть ты, думаю, уже заметил и оценил. Это слова «именно сейчас», с которых все начинается.
– Еще бы я не оценил. Это же знаменитый принцип «здесь и сейчас» (еще латиняне прекрасно знали его и называли
