— Почему вы называете меня так? Знаете, кто я?
Тёмная хотела посмеяться, но её лицо исказила судорога боли.
— Ходили слухи, что на момент смерти Мелисса была беременна, — она облизала губы. — Это неправда, конечно. Она родила в темнице за несколько дней до казни. Во Фростфорте ребёнок был не нужен, он был обречён. Мама убедила стражника передать пищащий свёрток верным людям, те вывезли его в Силент. Во время осады меня с наставником Хассаном отправили в Мальдезер. Младенец не выжил бы в пустыне, его решили спрятать там, куда лусеатцам хода нет. Ноксильвар пал, Сайлассу едва хватило сил, чтобы открыть единственный портал. Так ты и попала сюда, Ассайя. Ты — моя сестра!
Я отшатнулась.
— Нет, не может быть!
— Откуда такая уверенность? — спросил Константин.
Она всё-таки расхохоталась, превозмогая боль.
— Это у тебя уверенность. Чрезмерная в себе. Признайся, бастард, до этого дня ты не встречал никого могущественнее себя. Многие просто забыли, на что способны тёмные маги. Общаться с духами ушедших предков, чувствовать свою кровь, — это лишь крошечная часть того, что мы умеем. Ассайя нашла дневник Мелиссы. Это не случайность. Вы зовёте такие вещи судьбой. Сегодня ты выжил благодаря силе нашего рода. Как жаль, что великие знания растрачиваются впустую! Как жаль, что сестра оказалась не умнее матери! Все считают, Мелисса убила Альбера. Я рада, что никто не знает истины. В этой истории она хотя бы не выглядит слабой.
— Так это была не она? — спросила я не своим голосом.
— К сожалению, нет. Мама любила его, она не поступила бы так. Сайласс… пожелал воздать изменнику по заслугам. Он подговорил служанку, которая уехала с Мелиссой из Силента после обручения. Та девушка была его любовницей и винила принцессу в том, что была вынуждена покинуть Ноксильвар и расстаться с возлюбленным. Наследник тёмного трона никогда не связал бы жизнь с этой дурочкой, но она считала иначе и специально использовала нож, подаренный Альбером, чтобы подставить маму. Правда, вместо возвращения домой ей пришлось отправиться на плаху вместе со своей госпожой. Впоследствии Сай признался королю. Миссандр его простил, но не я, не я… Не волнуйся, дядя наказан достаточно.
Она зашлась в кашле. Кольдт вложил мне в ладонь платок, и я стёрла капельки крови с её лица. Прижала ткань к подбородку, но та быстро напиталась красным. Ассандра откинула мою руку.
— Не надо…
— Послушай, знаки действуют на сильных магов не так, как на обычных. Нужно попытаться тебе помочь. Давай отвезём тебя в больницу и…
— Нет. Это необратимое заклинание. Разница лишь в том, что в отражённом виде оно убьёт меня не сразу. Мне конец. А раз так, ты должна продолжить моё дело. Отомсти им, они и так прокляты за то, что сделали! Посмотри на Гланцев, их род почти иссяк. Восстанови наш Дом, вдохни жизнь в осквернённые земли. Тёмные знания беспощаднее стихий, только им править миром! Забудь о мужчине, а лучше избавься, пока спит. Ты же не хочешь повторить ошибки матери?
— Лучше умереть с любовью в сердце, чем жить с ненавистью!
— Как ты не понимаешь?! Мама променяла на чувства свою силу, суть! Мы жертвуем собственными интересами, даём мужчинам всё: тела, души, детей! И что получаем взамен? В лучшем случае шрамы! — она провела пальцами по моей брови, и я почувствовала, как холодна её рука. — В худшем — смерть!
Мне хотелось закрыть уши, чтобы больше не слышать хриплый голос, твердящий о страшных вещах, бередящий старые раны, ковыряющий ту червоточину, что всегда была во мне.
— Не хочу… так, — только и сумела выдавить я.
— Я нашла тебя слишком поздно, сестра. А должна была уберечь, подсказать, научить. Меня не было рядом, прости. Зато я ещё в состоянии спасти тебя.
— Что ты имеешь в виду? — насторожился Кольдт.
— Вашего портала в метро больше нет.
— Врёшь! — рявкнул он. — Карина, не слушай её, она лжёт!
— Нет, — Ассандра покачала головой, — я закрыла его. Такая призрачная завеса. Кстати, это было легко. Сложно собрать силы, чтобы зарядить амулет. Но на пороге царства Умбры мне подвластно и это.
Она коснулась орхидеи. Загудела давно мёртвая лампа. Где-то в пуховике пикнул мобильник. Позади Константина вырос сияющий круг. Принцесса поймала мой взгляд.
— Я вложила остаток жизненной энергии в единственный переход. Только туда. И рассчитан на одного. На твоём месте я убила бы мужчину и вернулась домой, на Амираби. Но даже если уйдёт он, ты станешь свободной и выстроишь жизнь, как пожелаешь.
— Не слушай её, — сквозь зубы шипел Константин, — мы что-нибудь придумаем. Отыщем решение вместе! Ты и я!
Меня заворожили её синие, как океан, глаза, тонущие в заповедных глубинах чёрные точки.
— Портал закроется, когда кто-то из вас переместится, или когда я умру, а тени предков уже зовут, протягивают ко мне свои жадные руки, — её голос слабел, дыхание истончалось.
