— Полностью подтверждаю, — сказал следом Черч. — Это Петька ко мне обратился, чтобы я, так сказать, поспособствовал вашему семейному воссоединению. Уже потом меня разыскали твои новые знакомые, — кивнул он в сторону Елены и её товарищей, — и обстоятельно разъяснили, где и в чём я был неправ.
На последних словах Черч коснулся рукой левого бока и болезненного вздрогнул.
Как «видел» в Покрове Александр, одно из его рёбер было недавно сломано.
— И меня зовут не Уильям Черч, — добавил он. — Это так, к слову.
— Как только вы бы узнали, где находятся Аня с Викторией, — взяла слово Елена, — он должен телепортироваться на место, подменить их на уже мёртвые тела и взорвать в момент твоего прихода. Всё для того, чтобы ты достаточно разозлился. Чтобы вернулся сюда и…
Елена неопределённо махнула рукой, но Александр и так всё понял.
Понял, но всё равно не мог поверить.
Поступить так с собственным сыном? Со всей своей семьёй?
Его отец был тем ещё моральным уродом, но чтобы сделать подобное… Это с трудом укладывалось у Александра в голове. При всей его неприязни к отцу, поверить в услышанное было очень непросто.
Но что же тогда происходило на самом деле?
Александр опустил взгляд на отца.
Тот смотрел на него в ответ с влажными от слёз глазами и безуспешно пытался схватить ртом воздух.
— Отпусти его, — потребовал Александр у Елены.
Она колебаться не стала, и отец тут же тут же вновь обрёл возможность дышать.
А пока он откашливался, Александр вдруг осознал, что полностью игнорировал целый ворох странностей. Как, например, все попытки террористов Нового Иерихона с ним заговорить. Всегда, когда рядом был отец, они не могли этого сделать.
Александр был так уверен, что способности отца бесполезны, когда он применял Покров, что даже мысли не допускал, будто всё могло быть иначе. А ведь это было так очевидно. Звуковые волны. Звуковые колебания. Оптическими иллюзиями на Александра воздействовать было невозможно, но вот звуковыми…
Сколько же лжи Александр слышал за последние дни?
А видел?
Покровом же он тоже не двадцать четыре на семь пользовался. Отец мог обманывать его глаза во всё остальное время.
Неужели Александр мог быть так глуп?
— Это всё правда? — спросил Александр у справившегося с кашлем отца. — Всё, что они сказали? Хотя бы раз в жизни, ублюдок, будь со мной честен и ответь прямо.
Отец молча посмотрел на него и перевёл взгляд на Черча.
— Ничего личного, мужик, — сказал ему тот. — Своя шкура мне дороже.
— В дупло себе засунь своё «ничего личного», — ответил отец, с трудом поднимаясь на ноги.
— Отвечай, бл*ть, на вопрос, — едва сдерживаясь, поторопил Александр.
— Чего тут отвечать? — спросил отец. — Даже ты не настолько тупой, чтобы не разобраться в ситуации. Всё и так уже ясно.
— Просто скажи это, — потребовал Александр, сжимая в злости кулаки.
Отец тихо выдохнул.
— Да, всё так, как они и сказ…
Оттолкнув Вику, Александр сорвался с места и набросился на отца. Он сбил его с ног и принялся изо всех сил избивать. Александр бил по лицу, по груди, по рёбрам. Вообще не задумываясь над целью, он просто выбрасывал вперёд кулаки, вминая их в отца один за другим. Часто Александр промахивался, ударяя по жёсткому полу, но это его не останавливало. Он и не думал замедлять удары или как-то корректировать их точность.
Александр просто бил, выплёскивая на отца все переполнявшие его эмоции.
Сзади кто-то кричал. Вроде бы, это была Вика. Она просила Александра прекратить и отойти от отца. Она боялась, что он убьёт его.
И боялась абсолютно правильно.
Ведь именно это Александр и собирался сделать.
Но довести начатое до конца ему всё же не дали. Сперва Вика, перестав надеяться лишь на слова, бросилась к Александру и обхватила его руками. Разумеется, по-настоящему остановить его она не могла, но, боясь ей навредить, Александр стал реже заносить кулаки. А следом подключились и другие. С одной стороны Александра под руку схватил Черч, а с другой Жан. Вместе с Викой они без труда оттащили Александра в сторону, начисто игнорируя все его возмущения.
— Пустите меня! — кричал он. — Пустите немедленно!
Александр мог бы активировать Покров и просто раскидать их всех, но тогда пострадала бы Вика. Только она удерживала его от того, чтобы вступить в схватку с каждым, кто смел мешать ему разбираться с отцом.
А Александр заслужил того, чтобы с ним разобраться.
Больше, чем кто-либо другой.
В то же время отец его просто смеялся. Всё его лицо было разбито и истекало кровью, однако отец откровенно ржал над тем, что сейчас происходило с Александром. Смех явственно доставлял ему боль, однако это нисколько не мешало ему продолжать ржать.
Александр захотел убить его ещё больше.
— Нужно уходить отсюда! — крикнул Черч, продолжая удерживать Александра. — Задержимся ещё больше, и всех повяжут!
Кто-то ответил ему согласием.
Александр увидел, как отца оторвало от пола и швырнуло ближе к нему, а проекция Лили подкатила к ним коляску с Максом. Затем все присутствовавшие так или иначе схватились друг за друга, а в следующий момент номер отеля сменился лесной чащей.