Черно-красные нити полностью

Грей быстрым шагом пересекал двор, он был явно чем-то встревожен. В руке его пылала роза. Навстречу ему из тени раскидистой березы вышла темноволосая девушка, стриженая под каре, в черной кожаной куртке и короткой юбке. Грей резко остановился. Завязался разговор, напряженный, неприятный разговор, который, по лицу Грея было видно, совсем ему не нравился. Вдруг девушка подскочила к нему вплотную, быстро обняла и поцеловала в губы. Насильно, истерически. Юлька ахнула. Димарик тут же вцепился в нее и уволок от окна, лишая возможности увидеть продолжение сцены. Скипи заплакала, ей хотелось вырваться и позвать Грея. Но Демс не позволил ей ни того ни другого. Он гладил ее по голове и нашептывал на ухо:

– Теперь ты видишь, что я не вру, понимаешь, что он хотел с тобой сделать? Я не дам ему навредить тебе, ни за что не позволю! Ну, успокойся, зайка, вот, держи.

Демс достал из кармана пол-литровую бутылку с водой и сунул Скипи. Она замотала головой.

– Надо, надо, попей, – уговаривал Димарик. Скипи сдалась, сделала несколько маленьких глотков, закашлялась.

Он продолжал обнимать ее:

– Я люблю тебя, я! А для него ты просто игрушка, пустое место, пойми! Ты веришь мне? Ну, скажи, что веришь мне! – голос Димарика стал далеким, словно он говорил с ней по телефону. Скипи было горько, она не знала, кому верить. И можно ли верить вообще. Колени вдруг подкосились. Ватные ноги отказывались слушаться. Ей стало страшно. Вокруг все плыло от слез и просто так.

«Измена, – поняла Юлька. – Почему я на измене?»

Наверное, на несколько мгновений Скипи потеряла сознание, потому что внезапно обнаружила себя прижатой к стене Димариком, который очень энергично облизывал ей шею, одновременно силясь расправится с ремешком ее джинс. От рюкзака Демс предусмотрительно избавился, отбросив его в угол. Юлька увидела глаза панка и поняла, что именно не так. Его странный, расфокусированный взгляд и огромные зрачки поставили все на свои места.

Она закричала и из последних сил пихнула Димарика в грудь. Он оступился и навзничь повалился на заплеванный пол парадной. На заплетающихся ногах Юлька кинулась к выходу, распахнула дверь и побежала. Она теперь понимала, что с ней и не могла принимать несколько решений одновременно. Решение было одно. Точнее это был уже инстинкт, тупой первобытный инстинкт самосохранения. Бежать. Бежать без оглядки. Не быть пойманной.

Мысли исчезли напрочь. Только слезы, только странная обида и кружащийся мир, свернувший пространство в большой тоннель, по которому она бежала. Скипи слышала чей-то крик, смутно разбирала свое имя, но голоса брызгами стекла разбивались о стену ее мятущегося сознания. Главное помнить, как бежать, а ноги уж сами приведут туда, куда нужно.

Юлька спотыкалась обо все, что можно, разодрала в кровь колени, но упорно продолжала бежать на автопилоте. Преследовали ее или нет, и кто именно, она не знала, но остановилась только когда влетела в салон автобуса и рухнула на заднее сидение, забившись в самый угол. Горло нещадно драло. Мир качнулся под ней, в глазах все вертелось, и привести это в статичное состояние было невозможно. Юлька поняла, что снова плачет, а во рту настолько сухо, что язык почти прилип к небу. Словно удар в голову, ощутила она на себе взгляд и, обернувшись, увидела вдалеке искаженное отчаяньем лицо Грея. Красная вспышка в его руке стекает искрами. Что-то стремительно приближается к нему, но Грей этого не замечает. И, в момент столкновения, когда оно настигло его, сознание оставило Скипи.

***

Грей не привык нарушать свое слово, но жизнь уже успела кое-чему его научить. Он переоделся и вышел следом за Скипи. Он специально обрисовал ей дорогу дворами, чтобы выиграть время. Себе же Грей избрал кратчайший путь. Цветочный магазин располагался как раз по пути к вокзалу, и это и являлось тем самым делом, которое он запланировал. Грей выбрал одну самую яркую алую розу. Простую, безо всяких ленточек и оберток. Он осторожно взял ее в руку, чтобы не пораниться о шипы. Она была прекрасна и лаконична. Так проста в своей красоте, как и чувства, которые испытывал Грей. Но сейчас ему было тревожно, и тревога эта воспламенялась подобно цветку в его руке. Что-то не так. Какое-то странное и опасное затишье. Но это пока можно исправить, если перегнать, если опередить и вовремя разгадать подвох. Грей торопился и не сразу заметил, как в одном из дворов в тени желтеющей березы возникла Челси. Он остановился на безопасном от нее расстоянии. Расстоянии, которое его устраивало.

«Вот оно, – подумал Грей. – Сейчас начнется».

– Привет, – сказала Челси, покосившись на розу. – Хотелось бы думать, что это мне.

Грей нахмурился. Маска Грейдера тут же накрыла его с головой.

– Чего тебе? – грубо спросил он. – Некогда мне с тобой трепаться!

– А то ты не знаешь, чего мне! – ощетинилась Челси. – Спешишь, да? За этой мышью?

– Ушла с дороги! – прорычал Грейдер.