— Повторите попытку. Пошли других людей. Иволги, которых я доверил Ивану, не возвращались?
— Только одна вернулась, сегодня утром. Самка. Где самец, не знаем.
Неужели со второй птицей что-то случилось? Могли ли Пихтины заметить их и как-то понять, что это не простые иволги?
— Я сегодня заеду в казарму и сделаю, чтобы птица подчинялась выбранному солдату. Пусть проведут тщательную разведку перед тем, как снова лезть в святилище.
— Так точно, ваше сиятельство.
Я положил трубку и глубоко вздохнул. Эмоции немного улеглись, и я уже не жаждал немедленного кровопролития. Не зря говорят, что месть — это блюдо, которое подают холодным. Подождем и подготовимся, прежде чем нанести сильный удар…
Минуло несколько дней, но новых активных действий Василий Демидович не предпринимал. Как и мы — продолжали информационную атаку, проводили показные учения, взяли еще три десятка новобранцев в гвардию. В общем, готовились, но не совершали ничего радикального.
«Ночные всадники» прибыли и с удовольствием обменивались опытом с нашими бойцами. О наемниках обычно ходит дурная слава — но «Ночники», как они сами себя с юмором называли, оказались хорошими ребятами. Когда их командир узнал, что Иван погиб, то взял кинжал и рассек себе ладонь. Поклялся на крови, что отомстит за Мокруху.
До поры до времени Уткины тоже бездействовали — а потом мы получили сведения, что они отправили в сторону Красноярска некий крупный груз. Перевозили его на четырех военных грузовиках в сопровождении охраны. Легко было предположить, что Уткин решил поставить Пихтину боеприпасы или какое-то вооружение. Это могло быть что угодно, от винтовок до артефактов.
Так что мы решили не дать этому грузу достигнуть цели и отправили навстречу небольшой отряд под командованием боевого мага. Ночью, когда колонна была на стоянке, они атаковали — и разнесли все подчистую. Не осталось ничего целого и никого живого, а нашим бойцам удалось уйти незамеченными.
Правда, само происшествие незамеченным не осталось. Мне пришлось по мобилету врать князю Тигрову, что я понятия не имею, кто уничтожил груз. И что вообще ничего об этом не знаю, кроме слухов.
Уткин тоже звонил, с угрозами — и я скормил ему ту же ложь. Правда, с намеком. Мол, должно быть, Лисица хранит меня, раз с моими недоброжелателями происходят всякие беды. Анатолий снова обещал, что заставит меня заплатить, и бросил трубку.
Константину с Аллой все-таки удалось разворошить старое дело и добиться начала расследования против «Багряных палачей». Даже более того: наемникам официально запретили работать до окончания следствия. Это была победа — мы одним махом вывели из игры значительную часть вражеских сил, не пролив при этом ни капли крови.
К новой диверсии в святилище Пихтиных готовились тщательнее, чем в прошлый раз. Вражеское поместье хорошо охранялось, а старинная волшебная пихта — особенно. Но с помощью иволги солдатам удалось найти способ проникнуть внутрь, а Кротов подсказал, у кого купить хорошие амулеты, способные скрыть гвардейцев от вражеских охранных артефактов.
И вот, очередной ночью задание было выполнено. Я узнал об этом сразу же, и не по звонку от командиров гвардии. Во сне мне явилась Лисица…
Вместо привычного серого тумана — непроглядно черные тучи. Богиня была в ярости. Об этом говорило и окружение, и оскаленные клыки, и поднятая на загривке шерсть:
— Что ты наделал, смертный⁈ — от возгласа, как эхо, вокруг раздался гром.
— О чем речь, прекрасная? — невозмутимо спросил я.
— Ты применил тот проклятый артефакт! Жалкий человечишка, ты ранил Пихту! Разорвал ее связь с родом!
— Прекрасно. Этого я и добивался.
— Глупец! — завопила Чернобурая и сорвалась с места.
Лапы молотом ударили в грудь, я упал и Лисица нависла сверху, приблизив оскаленные клыки к моему лицу. Я не мог ничего поделать, хоть и пытался — знакомое чувство скованности еле давало вдохнуть.
— Не ожидал такой реакции, — признался я.
— Как ты посмел тронуть Пихту⁈ Тем более, без моего приказа!
— Она наш враг. А я уничтожаю врагов.
— Это вы, люди, враждуете! Мы с Пихтой не ссорились! Но теперь… Молись, чтобы все обошлось.
— Они убили моих людей. Убили Мокруху! А чем сильней сопротивление, тем жестче я…
— Глупый смертный! — перебила Чернобурка. — Мокруха жив!
— Что?..
— Ты не знал⁈ Разве иволга тебе не сообщила⁈
— Нет. Вы говорите о богине или об одной из пташек?
— О пташке, — бросила Лисица. — Одна из них сейчас с Иваном, помогает ему добраться до города. Его отряд уничтожен, это правда. Но Мокруха, еще один гвардеец и пленник выжили.
Я пытался уложить эту информацию в голове. Выходит, с Иваном все в порядке? Но тела… Получается, не все они принадлежали нашим бойцам. Люди Пихтина специально добавили своих, чтобы убедить нас в том, что отряд тайных операций полностью разбит.
А козырь в виде участника поджога, выходит, все еще у нас есть!
— Мне придется поделиться с Пихтой своей силой, чтобы загладить твою вину! — с укором воскликнула Чернобурая. — Понимаешь, что это значит?
— Догадываюсь. Вы никак не сможете помочь нам в грядущей войне.
Как будто я надеялся на поддержку…
