Самая большая техногенная катастрофа в истории, авария на Чернобыльской АЭС унесла тысячи жизней, обрушила главный религиозный культ XX века – веру в технический прогресс и стала символом несостоятельности всего советского проекта. Детальная история катастрофы и ее экологических и политических последствий – в новой книге профессора Гарвардского университета Сергея Плохия.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Детям атомного века
Serhii Plokhy
Chernobyl
The History of a Nuclear Catastrophe
Книга издана при поддержке Фонда Фридриха Науманна за Свободу (Германия)
This edition published by arrangement with Basic Books, an imprint of Perseus Books, LLC, a subsidiary of Hachette Books, New York, New York, USA. All rights reserved.
Чернобыль оставил зарубку в геологической памяти Земли, как никакое другое событие новой и новейшей истории. Пройдут десятки тысячелетий, а ученые все еще будут находить в скальных отложениях следы ядерного облака, которое накрыло б'oльшую часть Европы в апреле и мае 1986 года. XX век с большей вероятностью останется в памяти потомков эпохой Чернобыля, чем эпохой двух мировых войн, революций и развала империй.
Уже сегодня память о Чернобыле принадлежит не только отдельным людям и странам, пережившим крупнейшую ядерную аварию современности, но всему миру. Успех телесериалов, компьютерных игр, документальных фильмов, научных книг и романов на эту тему – веское тому подтверждение. По мере того как память непосредственных участников, очевидцев и современников аварии превращается в абстрактную память новых поколений, чрезвычайно важно не упустить и не забыть реальных людей, реальный контекст событий. Важно не только отдать долг памяти тем, кто оказался в самом центре катастрофы или пострадал от ее последствий. Необходимо восстановить исторический контекст, чтобы не повторять ошибок прошлого. Ведь Чернобыль – это трагедия рукотворная; катастрофа, созданная человеком.
О Чернобыле написано и сказано очень много. Но память тех, кто его пережил, и тех, кто узнал о нем из компьютерных игр или кинофильмов, одинаково фрагментарна. Перед нами всплывают образы «биороботов» или шахтеров, роющих лопатами «подкоп» под реактор, но что именно произошло, почему это стало возможным и к чему привело, остается загадкой. Как раз такого рода загадки я пытался разгадать в этой книге, главная цель которой – превращение фрагментарной памяти в целостную историческую картину. Эта картина не ограничивается восстановлением логики, а зачастую – алогичной цепочки событий до и во время катастрофы. Она включает также политический и общественный контекст аварии, а главное, ее последствий.
Одно из наиболее значимых и до конца не осмысленных ни современниками, ни потомками последствий Чернобыля – влияние атомной катастрофы на распад Советского Союза. Было бы ошибкой считать, что, не будь Чернобыля, Советский Союз существовал бы и сегодня, но попытка воссоздать, а главное, осмыслить его распад, не принимая во внимание Чернобыль, была бы ошибкой вдвойне. Распад СССР – создателя, главного бенефициара, а потом и одной из главных жертв чернобыльского реактора – привел к фрагментации памяти о Чернобыле. О том, что происходило после аварии в Белоруссии, сегодня известно главным образом в Беларуси, о происходившем в Украине знают в Украине, о событиях в России – в России.
В своей книге я помещаю катастрофу в международный контекст, но в то же время стараюсь удержать фокус на истории реактора и Чернобыльской станции с 70-х годов прошлого века до наших дней. А это означает, что вместе с реактором в центре внимания оказывается Украина, и я надеюсь, что как раз украинские сюжеты, связанные с ролью Чернобыльской аварии в мобилизации украинского национального движения, окажутся для российского читателя среди наиболее интересных и неожиданных.
В заключение хотелось бы упомянуть о необходимости связать нашу память о Чернобыле не только с прошлым, но и с будущим. Чернобыльская эпоха еще далека от завершения как с точки зрения последствий аварии для природы и здоровья людей, так и с точки зрения угрозы, которую несет миру развитие ядерных технологий. РБМК – реакторы того самого типа, который взорвался в Чернобыле, – продолжают эксплуатироваться и сегодня. Их придумали в 60-х годах прошлого века как временную, несовершенную, но зато относительно дешевую замену более надежным и безопасным реакторам ВВЭР, для строительства которых еще не существовало производственной базы. Но нет ничего более постоянного, чем временное.
Большинство из примерно дюжины реакторов типа РБМК, которые продолжают работать на Курской, Ленинградской и Смоленской АЭС, должны быть выведены из эксплуатации в этом десятилетии. Но пока этого не произошло, Чернобыль остается больше чем памятью. Рано думать, что мы перевернули эту страницу истории.
* Показана на современной политической карте Европы
1 микрокюри (мкКи) равен 37 килобеккерелям (кБк)
