За два десятилетия человеческого невмешательства и научно обоснованных мероприятий природа в пойме реки Припять обрела почти первозданный вид. На этой уникальной территории обитают медведи, рыси, зубры и прочие редкие хищники, десятки видов птиц и растений, занесенных в Красную книгу. Помимо своих основных обязанностей, работники ПРЭЗ разводят племенных рысаков на продажу и заготавливают древесину. Разумеется, вся продукция проходит жесткий радиационный контроль, а деятельность ведется на относительно чистых участках и не касается так называемой «зоны глубокой радиационной консервации». Так называется район, прилегающий к государственной границе, где загрязнение почвы достигает 1500 Кюри на 1 кв. км, а фон — 500-1500 мкР/час, что значительно выше, чем на самой ЧАЭС и в Припяти. Некоторые его поселки (например, Чемков) навечно захоронены в земле, и найти их можно лишь по небольшим буграм и усиленному щелканью дозиметра.
Попасть в ПРЭЗ официально еще сложнее, чем в украинскую Зону отчуждения. Честно говоря, простому сталкеру это практически невозможно. Гостиниц и мест, где можно заночевать, здесь нет, а групповые экскурсии на автобусах не предусмотрены. Положение усугубляется тем, что хитрые белорусские власти объявили заповедник погранзоной со всеми вытекающими неудобствами в виде обязательных пропусков и служивых в зеленых фуражках, что так и норовят задержать супостата, напомнив ему о своей низкой зарплате.
Лучший вид транспорта в Зоне
На основных дорогах, ведущих в ПРЭЗ (а их не так много), расположены 12 КПП его администрации. Проселочные дороги никем не используются и уже давно заросли лесом. К тому же на них могут встречаться препятствия в виде поваленных деревьев и канав, сооруженных работниками заповедника, — это одна из мер защиты против браконьеров. Попытка вплыть в запретную зону по реке Припять и каналам может окончиться встречей с лоевской группой водных катеров, охраняющей акваторию, и конфискацией судна. Помимо сил охраны администрации и погранвойск, патрулирование территории осуществляют местные РУВД. Одним словом, грибников и охотников в погонах тут очень много, и все они жаждут сталкерской крови и денег. Удается не очень — за 2008 год оформлено лишь 145 протоколов о незаконном нахождении в заповеднике; все жертвы были браконьерами или бывшими уголовниками. Однако не стоит открывать собой скорбный список попавшихся сталкеров, ведь еще никто не отменял следующие статьи Закона о ПРЭЗ:
