– Сорок пять, – буркнул он.
Мне стоило немалых трудов сдержать удивление. Сорок пять? О Боже, что я делаю в его машине?!
Я постаралась успокоиться. Да что такое происходит со мной?
– Выглядишь моложе, – ответила я, и вдруг поняла, что у меня дрожит голос. Черт подери, почему я не могу успокоиться? Что-то не так.
Роман определенно нравился мне, но этим чувством, непонятно откуда взявшимся, управлял разум. Сердце не имело никакого отношения к тому, что я чувствовала. Что же это? Доводы рассудка, о которых я узнаю только сейчас? Физическое притяжение?
– Спасибо, – он улыбнулся мне, а мое внимание нечаянно сосредоточилось на его губах.
Кажется, я схожу с ума.
Пока я раздумывала о том, что происходит, я совсем забыла, что нахожусь в машине незнакомого мужчины и совершенно не контролирую дорогу.
Вокруг мелькали деревья, а дорога стала ухабистой – мы свернули куда-то в лес.
В лес?! Да, он везет меня в лес.
Страх все же овладел мной, и я беспомощно оглянулась вокруг. Это был какой-то животный, чисто инстинктивный страх. Будучи уверенной в том, что я всегда смогу взять ситуацию в свои руки, на этот раз я ошиблась – Роман управлял мной.
Нашарив в сумке телефон, я увидела, что в этом месте связь не ловит.
– Куда ты везешь меня?
Он зловеще ухмыльнулся.
– Тебе страшно?
Я считала, что страх покинул меня, но теперь поняла, что это не совсем так. Доверяя своему рассудку, я все еще верила, что он поможет мне выкрутиться и придумать что-то.
– Страшно? – переспросил он.
– Да.
– Чего ты боишься?
– Ты привез меня в лес.
Он усмехнулся и глянул вперед, высматривая дорогу.
Сердце быстро застучало в груди.
– Отвези меня в город.
Он молчал, чем нервировал еще больше.
– Отвези! – Я боролась с паникой, пока еще не очень успешно, но мой голос постепенно приобретал твердость.
Внедорожник несколько раз подскочил на кочках, после чего остановился на еле проторенной дороге посреди леса.
Роман взглянул на меня. Я жалась к двери, с силой схватившись за ручку.
– Расслабься, – мягко произнес он.
Я сделала глубокий вдох, стараясь последовать его совету. Но слова была произнесены со скрытой издевкой, которую я сразу заметила, потому что так часто использовала ее сама.
Он наклонился ко мне и пальцем коснулся щеки.
– Зачем ты тогда села в мою машину?
«Возьми себя в руки! – уговаривала я. – Возьми себя в руки!»
Отодвинувшись от двери, я выпрямилась.
– Так зачем ты привез меня в лес?
– Хотелось посмотреть, как ты отреагируешь.
– Я прошла экзамен?
Он махнул рукой.
– Четыре с минусом.
Волнение не отпускало меня – я понимала, что нахожусь в опасности. Меня злило, что из нас двоих именно он держал узды правления в своих руках и поворачивал ситуацию так, как ему было нужно, держа меня в подчиненном положении. Он был похож на меня – тот же взгляд, та же усмешка… Это злило и интриговало одновременно.
Роман опять склонился ко мне, и сердце бешено застучало. Но это была физическая реакция, а не душевная, она была подконтрольна разуму. Рассудок не возражал против этой реакции, а вот душа протестовала.
– Разве ты не догадываешься, что мужчине в моем возрасте нужно от такой девочки, как ты?
Я с силой сжала кулаки, и где-то внизу живота ощутила странное чувство. Рассудок торжествовал, и впервые в моей новой жизни я не понимала, чего добивается разум.
Рука Романа скользнула вниз, и он погладил мою ногу. Чувство внизу живота усилилось, а глаза расширились от удивления. Меня поражала собственная реакция.
Сердце, будучи во власти рассудка, бешено стучало, но все же громко выражало протест. Оно было категорически против происходящего, и впервые я задумалась о том, что сердце, может быть, право.
Но вспомнив, сколько горя оно причинило мне, я отмела эту мысль. Буду слушать рассудок, что бы он ни твердил мне.
– Я хочу в город, – нервно произнесла я.
– Три с минусом, – констатировал Роман и отодвинулся от меня. – Выходи.
– Что? Куда?.. – Я посмотрела на лес, утопавший в дожде.
– Ты ведь любишь дождь.
– Ты бросишь меня здесь?
– Хорошо, оставайся… – Его руки вновь скользнули по мне, погладив плечо.
В полной растерянности я лихорадочно думала, что же мне делать. Вот уже несколько месяцев никому не удавалось довести меня до такого состояния.
– Ты боишься, – он довольно улыбнулся, будто бы достигнув своей цели. – Я похож на насильника?
И тут меня, наконец, осенило: он же делает то же самое, что и я. Он изучает людей, смотрит на их реакцию.
– Да. Похож. Ты увез меня за город и остановил машину в лесу.
– Даже не поцелуешь?..
Своими вопросами он совершенно лишал меня способности адекватно мыслить, хотя я уже не раз звала рассудок на помощь.
– Нет, – сухо ответила я.
– Я никогда не знал отказов. – Голос на этот раз звучал не насмешливо, а серьезно. – Ты – единственный случай.
– Это должно переубедить меня?
– Да. Я же вижу, как ты жаждешь поцелуя.
Я опустила глаза, а потом с удивлением поняла, что смутилась. Да я ведь уже совсем забыла, что такое смущение!
И еще и понимала, что Роман был прав. Я сидела здесь и безумно хотела поцеловать его. Причем именно разум подталкивал меня к этому, а потому я совершенно запуталась.
