– Хоть меня никто и не поймет, но я верю в тебя.
Ее слова я услышала, уже мчась через луг к тому единственному, кто показал мне, какой счастливой может быть жизнь.
Когда до того места, где лежал Марк, оставалась пробежать еще метров пятнадцать, ангелы Света начали атаку. Они несколько помедлили с ней из-за того, что удивились поступку Ксени. Но изумление быстро прошло.
Когда жесткая светящаяся волна пролетела всего в нескольких метрах от меня, я почувствовала, что мое тело начинает неметь. Лицо покалывало, как от невыносимого холода. Это неважно. Сейчас моя цель – помочь Марку. Бушующая волна коснулась купола, созданного любимым, и я увидела напряжение, которое создавалось при попытке прорвать этот купол. Чем ближе я приближалась к волне, тем труднее становилось бежать. Части тела отказывались слушаться меня – двигались, точно замороженные.
– Что она делает? – Услышала я разъяренный голос Олега.
– Не мешай! – возразил Колин. – Она не попадет под атаку, потому что замерзнет и не сможет подойти слишком близко.
Нет, я смогу, подумала я. Еще как смогу! У меня отличная мотивация, чтобы сделать это.
Мне оставалось метра три, когда я поняла, что больше не могу бежать. Ноги заледенели и не слушались. Усилием воли я заставляла тело двигаться. Каждое движение приносило нестерпимую боль. Каждый проделанный сантиметр пути словно вонзал в меня иглы. Когда я отступала, эти иглы выходили из меня, но, едва принималась двигаться вперед, как они снова втыкались в тело. Я ведь даже еще не нахожусь под самой атакой, так откуда такая боль? Не обращая внимания на онемевшие заледенелые ноги и пронзающие меня иглы, я шла вперед. И этим адским мукам они хотят подвергнуть моего любимого?
И тут случилось самое ужасное. Слабый купол, окружавший Марка, исчез. Я сжала кулаки, когда услышала, как волна глухо ударилась о тело моего любимого. Неужели мой сон был вещим? Во сне мне оставалось снять всего одно кольцо каната, прежде чем Марк погиб, а наяву – преодолеть совсем небольшое расстояние… Я почувствовала, как по моим рукам потекла кровь. Даже не заметила, что ногтями разодрала свою кожу. Слышала только, что Марк что-то говорил, умирая. Но не могла ничего разобрать. Если я сейчас же не преодолею пространство, разделяющее нас, мой сон станет явью, и Марк погибнет.
Содрав кожу с ладони, я ощущала, как кровь, стекая, капает на землю, на которой уже не осталось снега.
Как капает теплая кровь. Значит, я не совсем еще заледенела – внутри меня все еще есть тепло. Я подняла окровавленную руку и заледенелыми губами коснулась раны на ладони. В последний раз согрею свои губы перед тем, как умру.
– Не смей приближаться ко мне! – Услышала я слова Марка, которые с трудом могла разобрать. Тон, каким любимый произнес эти слова, только прибавил мне решимости. Я обозлилась на весь мир, услышав его глухой, полумертвый голос. Он задыхался.
Прильнув холодными губами к кровоточащей ране, я глубоко вдохнула, всасывая в себя теплую кровь. Наверное, глупо было надеяться, что подобные действия придадут мне сил, но он придали. На ледяном языке кровь казалась горячей, а когда она потекла по горлу, я почувствовала, что могу шевелиться, и тут же двинулась вперед. Марк уже ничего не говорил, теперь я не слышала даже его слабого бормотания.
Жаль, что перед смертью я не признаюсь ему в любви. Жаль, что в последний раз я согрела губы собственной кровью, а не его поцелуем. Жаль, что я не могу еще один раз взглянуть в его черные глаза.