В двери фургончика постучали. Девушки в один голос прокричали дозволение войти, и их компанию разбавил Блайд. Он с видом голодной акулы походил возле Джулии, рассматривая ее, а потом обратился к Сьюзи.
- Я вспомнил, что мы сегодня еще не пили чай! Сьюзен, вы не могли бы принести нам по чашечке? Не сочтите меня... - говорил музыкант, но понятливая стилистка и так догадалась, что Эрик ищет предлог, поэтому улыбнулась и ушла.
Блайд еще раз вгляделся в лицо украинки.
- Ты не сняла линзы! - заметил он.
- Точно! - опомнилась Джулия и склонилась над столом, освобождая глаза от неудобных линз, меняющих цвет радужки. Проморгавшись, она повернулась к парню и не успела и слова сказать, как ее застали врасплох поцелуем.
- Ты со всеми своими партнершами целуешься вот так? - между поцелуями спросила девушка.
- С блондинкой целовался, с брюнеткой, - перечислял Блайд. - Но никто не знает, что все они на самом деле - одна рыжая девушка с тяжелым характером!
- Сам такой! - рассмеялась она.
- Давай проведем сегодняшний вечер вместе? - намекнул он. - Я хочу, чтобы ты осталась у меня.
- Нет, - отказалась Джулия от его предложения, но не от поцелуев.
- Почему? Что сейчас тебя удерживает? Мы ведь, теоретически, встречаемся!
- В том то и дело, что теоретически! - отодвинулась она. - Делай различия между выдумкой и реальностью!
Блайд нахмурился. Его настроение резко испортилось. Сьюзен как раз застала момент, когда двое, недавно изображавших любовь, явно тренировались над ролями серийных убийц - такие у них были выражения на лицах. Стилистка даже побоялась войти и окунуться в эту холодную, наэлектризованную атмосферу.
- Хорошо, - сцедил сквозь зубы Блайд и ушел.
- Что произошло? - Сьюзи боялась возвращения былой грустной Джулии. А та уже нервно кусала губы, собираясь впасть в депрессию. - Что...
- Ничего! - фыркнула девушка, быстро высвобождаясь из платья и переодеваясь в привычные вещи. - Просто, как выяснилось, кто-то из нас что-то либо недопонимает, либо пропустил какой-то очень важный момент. И, наверное, этот кто-то я!
"До встречи, мой друг!"
Непонимание затянулось на неделю, на очень депрессивную, печальную и одинокую неделю. А потом Эрик позвонил Джулии. Звонок был поздним. Подруги уже почти уснули перед телевизором, наслаждаясь стареньким романтичным кино, когда украинка вскочила, схватив телефон.
- Да?
- Ты можешь приехать? - голос музыканта немного хрипел.
- Что случилось? Ты заболел? - всполошилась девушка.
- Возможно. Ты приедешь?
Разве она могла оставить его в беде? Конечно, нет. Поэтому извинилась перед Сарой, успевшей подумать: "Чтоб на него недержание напало!" - и помчалась: сначала в аптеку за лекарствами, потом к Блайду домой. Груженая пакетами девушка поднялась на этаж и чуть не съездила этими баулами по физиономии в край обнаглевшего и совершенно здорового певца! Эрик встретил ее, улыбаясь и широко распахивая двери.
- Ты! - вскрикнула Джулия. - Ты не болеешь! Ты даже не чихаешь!
- Могу покашлять, если тебе станет от этого легче! - заявил парень, предусмотрительно отобрав у нее тяжелые сумки. - Иначе тебя сюда не затащишь!
Она очень хотела его стукнуть, а он хорошо подготовился, подхватил девушку на руки и принес в гостиную, где был накрыт стол, горели свечи, и оставалось только открыть бутылочку дорого вина. Джулия стояла среди всей этой романтики с не эстетично раскрытым ртом. Пользуясь ее замешательством, Блайд сунул в руку гостьи бокал, быстро налил ароматный бардовый напиток и усадил девушку на диван.
- Сегодня ты останешься у меня! - заявил он и уловил подвергающий сомнению его уверенность взгляд украинки.
- Ну, если ты чем-нибудь отравишься и тебе будет очень плохо, то я, возможно, посижу с тобой, пока тебе не станет легче! - намекнула Джулия и покосилась на стол. - На добровольное отравление у тебя есть ровно пятнадцать минут!
- Джулия, я уезжаю! - выдал Блайд, и девушка, чуть не поперхнувшись глотком вина, отставила бокал.
- Турне, - пояснил он. - В Америку. Полгода.
Гостья побледнела. У нее сейчас бы совершенно потерянный вид.
- Поэтому я и хотел побыть с тобой.
- Когда ты уезжаешь? - промолвила Джули, хотя язык отказывался повиноваться, а губы будто онемели, с трудом разжимаясь.
- Завтра. Самолет в одиннадцать. - Отвечал он, наблюдая, как ее цвет лица меняет оттенки белого, серого и зеленого.
- Тебе помочь собраться? У тебя ведь обычно такой бардак... - затараторила девушка, но Блайд только покачал головой, присев рядом.
- Лучше иди сюда! - позвал он, и Джулия прильнула к его груди.
Они улеглись на диване и смотрели на горящие свечи, вслушиваясь в биение собственных сердец. А потом изучали лица друг друга, чтобы лучше их запомнить. Так они и не заметили, как прошла ночь и настало утро - время расставания.
Печальные прощающиеся, радостные встречающие и просто ожидающие - среди них, словно статуи, которым неведомы эмоции, стояли двое: звезда и его менеджер. Музыкант иногда поглядывал на вход.
- Она придет! - заверил Роберт друга, догадываясь, кого хочет увидеть тот.
