– Звоню на "Мосфильм", - заявил Илья, снимая трубку.
– Никто не отвечает, - через пару минут удрученно сказал он, - следующий номер…
Но и по этому номеру никто не ответил.
– Вымерли они там, что ли?
– Ну кто же томится на работе летом в пятницу вечером?
– Мы.
– Мы - это другое дело. Позвольте, Илья Ильич, трубочку, есть у меня одна знакомая киноманка, уж она-то наверняка знает.
– Звоните, ученый!
– Танечка, - вкрадчиво произнес Хохотва, и Безменов даже удивился непривычно, ласковым ноткам в его голосе, - добрый вечер. Как поживаешь? Замечательно. Почему не звоню? Долгий разговор. Послушай, нужна твоя консультация. Ты не помнишь такой фильм - "Пастушка и танкист"? Помнишь? Замечательно! А кто его снимал? Ну постарайся, напряги память. Ну-ну. Очень нужно, мы тут кроссворд отгадываем… Сколько букв? Да не то чтобы кроссворд. Ну, вспомни! Если вспомнишь, с меня коробка конфет. Как, как? Комов? Говоришь, очень известный? А как его имя, отчество? Посмотри, пожалуйста.
– Сейчас она выяснит, - сказал он Безменову. Тот поднял большой палец вверх.
– Ага, слушаю. Сергей Васильевич? Ну, спасибо. Конфеты с меня. Целую.
Итак, его зовут Сергей Васильевич Комов, очевидно, это брат генеральши Сокольской.
– Похоже, в точку попали, - потирал руки Илья, - неужели это и есть предполагаемый оборотень? Так просто, ведь мы могли сразу навестить семейство Ванина и все выяснить. Даже странно, что не пришло в голову. Теперь нужно разузнать адрес этого кинорежиссера, и вперед.
Известный деятель кино, как оказалось, жил на Кутузовском. Машина снова понеслась по московским улицам. Дом, в котором обитал предполагаемый оборотень, был в отличие от генеральского и видом пониже, и чином пожиже. Правда, ненамного. Главная разница - отсутствие в парадном надзирательницы.
Но и тут их ждала неудача. Они долго звонили в дверь, потом принялись молотить кулаками.
– Вам, товарищи, чего тут надо? - неодобрительно спросила немолодая женщина в шелковом халате, выглянувшая на шум.
– Сергея Васильевича, - холодно сказал Безменов.
– Сергей Васильевич на даче.
– А где она находится?
– Не имею представления, - сказала соседка, поджав губы, и захлопнула дверь.
– Так! Приехали. Двигаем в обратном направлении. Теперь предстоит выяснить, где прохлаждает свои телеса известный кинорежиссер, по совместительству оборотень. Это, я чувствую, будет сделать потруднее. Боюсь, что наш неведомый враг свое местопребывание не афиширует, а дача скорее всего записана на чужое имя. Помнится, Осипов рассказывал, как его возили на "Волге" на встречу с таинственным гражданином, подсказавшим ему, кого именно нужно ловить. По-моему, он говорил, что его везли сначала по Кольцевой автодороге, потом свернули на какой-то проселок. Но там проселков - сотни. Знать хотя бы направление. Остается одно - вернуться в контору и привести в действие все силы: знакомых, незнакомых, милиционеров, киношников, руководство Союза кинематографистов… Словом, всех. Не может такого быть, чтобы кто-нибудь не знал, где у него дача.
И еще один нюанс меня волнует. Что, если он действительно обладает некими парапсихическими способностями? Например, даром гипноза. А это очень похоже на правду. Что делать в таком случае? Не стрелять же в него из пистолета.
– А если все-таки выстрелить? - поинтересовался Хохотва.
– Вы, наверное, шутите, ученый. Ну, пристрелим мы его, а что потом? Даже если удастся доказать его виновность, то и тогда неприятностей не оберешься. Знаю я тамошнюю публику. Такой вопеж поднимут. Это не какой-нибудь Ванька с макаронной фабрики. Заслуженный человек, гордость отечественной кинематографии. Вы же сами подтвердили. А если ошибка?! Тогда вообще тюрьма. Влепят срок и не посмотрят на заслуги и звания. Нет, так просто, как я понимаю, с ним не справиться. Что делать?
– А если попробовать его усыпить?
– Интересно, как? Подойти и спросить: "Как пройти в библиотеку?", как в "Операции Ы", а потом платочек с хлороформом на лицо? Нужно что-то другое.
– У меня есть приятель, собственно, почти коллега, он занимается изучением редких видов животных, вот он рассказывал про усыпляющие пули. Например, с помощью таких пуль в уссурийской тайге ловят тигров.
– Вздор, - засмеялся Илья, - просто сказки; если подобное оружие где-то и есть, то только не у нас, уж поверь мне. Тебя просто разыгрывали. Но допустим, что такие пули существуют. И что же? Придем к твоему приятелю, мол, одолжи десяточек, нам нужно с оборотнем разобраться. Ерунда! Следует придумать что-то более доступное… Вот только что? Прежде всего, конечно, нерв-нопаралитический газ. Есть у нас такая штука. Мгновенный шок, а пока мерзавец очухается, вкатываем ему пару кубиков сильного снотворного, и привет. Это более реально. Но сначала, мой друг ученый, давайте определимся с кинорежиссером. Я вовсе не уверен, что это тот, кто нам нужен. Но другой ниточки, к сожалению, нет. Вперед, на поиски.
1977 год. Подмосковье.
3 августа, пятница
