Босх подъехал к кладбищу со стороны бульвара Сепульведа. Большие черные кованые ворота были закрыты, перегораживая посыпанную гравием подъездную дорогу. Босх вышел из машины, но ворота оказались заперты на цепь с висячим замком. Он посмотрел сквозь черные брусья и ярдах в тридцати увидел маленький, сложенный из каменных блоков домик. Из-за занавесок пробивалось бледно-голубое свечение телевизора. Босх вернулся к машине и включил сирену. Он позволил ей завывать до тех пор, пока в окне не зажегся свет. Через несколько секунд из домика вышел кладбищенский сторож и зашагал к воротам с фонарем в руках. Тем временем Босх вынул футляр с полицейским значком и на вытянутой руке просунул между прутьями.
— Вы из полиции? — приблизившись, спросил мужчина. На нем были темные брюки и голубая рубашка с жестяным значком.
Босх испытал побуждение сказать «нет». Вместо этого он ответил:
— Управление полиции Лос-Анджелеса. Не могли бы вы открыть мне ворота?
Служитель посветил фонариком на значок и удостоверение. В свете фонаря Босх разглядел седые виски и учуял слабый запах бурбона пополам с потом.
— А в чем дело, офицер?
— Детектив. Я занимаюсь расследованием дела об убийстве, мистер...
— Кестер. Об убийстве? У нас здесь уйма покойников, но у этих дел вышел срок давности — так, кажется, по-вашему?
— Мистер Кестер, у меня нет времени вдаваться в детали, но мне необходимо осмотреть Мемориал ветеранов Вьетнама — ту копию, которая находится здесь для обозрения в праздничный уик-энд.
— Что с вашей рукой и где ваш напарник? Разве вы ездите не по двое?
— Я получил ранение, мистер Кестер. Мой напарник работает над другой линией расследования. Вы смотрите слишком много гангстерских фильмов в этой своей каморке. Все это киношная чепуха.
Последнюю фразу Босх произнес с улыбкой, но вообще-то ему уже начал докучать этот не в меру бдительный старик. Кестер повернулся и посмотрел на кладбищенский домик, а затем опять на Босха.
— Вы увидели свет от телевизора, да? Я так и подумал. Э... это федеральная собственность, и я не знаю, имею ли право открывать вам без...
— Послушайте, Кестер, я знаю, что вы на госслужбе и оттуда никого не увольняли, вероятно, со времен президента Трумэна. Но если вы сейчас доставите мне неприятности, я устрою неприятности вам. Утром во вторник я подам на вас жалобу за пьянство на рабочем месте. В первую очередь. А теперь давайте по-быстрому провернем это дело. Отоприте ворота, и я не стану вам вредить. Мне всего лишь требуется взглянуть на стену.
Для большей наглядности Босх погремел цепью. Кестер тупо посмотрел на замок, а затем снял с пояса связку ключей и отпер ворота.
— Извините, — сказал Босх.
— Я все равно считаю, что это неправильно, — сердито проворчал Кестер. — Какое вообще отношение может иметь этот черный камень к убийству?
— Возможно, самое прямое, — ответил Босх. Он зашагал обратно к машине, но затем обернулся, вспомнив нечто прочитанное им об этом мемориале. — У вас тут есть специальная книга.
Там указаны все имена, выбитые на стене. Можно на нее взглянуть? Она сейчас там?
Кестер озадаченно уставился ему в лицо, и этот взгляд был виден Босху даже в темноте.
— Не знаю ни о какой книге, — сказал сторож. — Все, что мне известно, — это что люди из садово-парковой службы США привезли сюда эту штуковину и установили. Потребовалось бульдозером расчищать площадку на холме. В часы доступа посетителей тут дежурит кто-то из их парней. У него и надо спрашивать. Только не спрашивайте меня, где его найти. Я даже не знаю его имени. Вы долго здесь пробудете, или мне оставить ворота незапертыми?
— Лучше заприте. Я позову вас, когда буду уходить.
Старик открыл ворота, и Босх проехал на территорию, а потом — к посыпанной гравием автостоянке возле холма. Отсюда ему было видно тусклое мраморное сияние темной стены, вкопанной в склон. Фонари не горели, и территория кладбища была пустынна. Детектив взял с сиденья машины фонарик и двинулся вверх по склону.
