Минут через десять после ее ухода наблюдавший за «мерседесом» Босх заметил другую машину, которая проехала мимо дальнего конца дорожки. Он тотчас определил ее как полицейский седан. Белый «форд» без декоративных крышек на колесах, просто с дешевыми колпаками, демонстрирующими такие же белые колеса. Автомобиль был слишком далеко, чтобы разобрать, кто в нем сидит. Босх поочередно смотрел на «мерседес» и в зеркало заднего вида – заворачивает ли «форд» за торговый комплекс. Но вскоре машина совсем пропала из виду и больше не появлялась.
Уиш вернулась через десять минут после этого. Она несла в руках коричневый бумажный пакет в пятнах жира, из которого вынула один стаканчик кофе и две картонные упаковки. Паровой рис и крабовый салат, сказала она. Он отказался от ее предложения и опустил окно. Пригубил принесенный кофе и скривился.
– У него такой вкус, будто он был сварен в Сайгоне и доставлен сюда по морю. Дозвонилась до Рурка?
– Да. Он обещал поручить кому-нибудь проверить Бока и позвонить мне на пейджер, если что-нибудь обнаружится. Он хочет, чтобы ему передали по рации точное, до минуты, время, когда «мерседес» тронется.
За приятной, легкой болтовней и обозреванием шикарного «мерседеса» незаметно пролетело два часа. В конце концов Босх объявил, что собирается для разнообразия сняться с места и объехать вокруг комплекса – просто чтобы размяться. Чего он не упомянул, так это что у него затекло тело, его клонит в сон и ему хочется поискать белый «форд».
– Тебе не кажется, что нам следует позвонить еще раз, чтобы выяснить, там ли он, а если отзовется – повесить трубку? – спросила она.
– Если Бинь его предупредил, то такой звонок может его насторожить. Он может догадаться, что вокруг него что-то происходит, тогда нам будет труднее.
Босх завернул за угол и повел машину вдоль фасадной стороны торгового центра. Ничто необычное не привлекло его внимания. Он объехал комплекс и припарковался на старом месте. «Форда» он так и не увидел.
Как только они опять заняли прежнюю позицию, у Элинор зазвенел пейджер, и она снова пошла звонить. Босх сосредоточился на золотистом «мерседесе» и на некоторое время забыл о «форде». Однако после того, как прошло двадцать минут, а Элинор все не возвращалась, он начал нервничать. Шел уже четвертый час дня, а Бок, он же Тран, не выходил, как они рассчитывали. Что-то, очевидно, было не так. Но что? Босх опять устремил внимательный взгляд на передний угол торгового центра, высматривая Элинор, чтобы вместе с ней еще раз объехать вокруг оштукатуренных стен. Тут он услышал звук, похожий на приглушенный хлопок. И даже не один… Два или три… Выстрелы? Он подумал об Элинор, и сердце подскочило к горлу. Или же этот звук означал, что где-то захлопнулась дверь? Он взглянул на «мерседес», но ему был виден только багажник и задние габаритные огни. Около машины он никого не заметил. Босх снова бросил взгляд на передний угол комплекса – Элинор не было. Затем – опять на «мерседес», и на сей раз увидел, что включились тормозные сигналы. Бок отъезжал. Гарри завел мотор и ринулся к углу – из-под задних шин вылетели брызги гравия, когда он на полном газу бросил машину вперед. На углу он увидел Элинор, идущую к нему по дорожке. Он сделал ей знак поторопиться. Элинор поспешила к машине и уже садилась в нее, когда в зеркале заднего вида появился выезжающий из-за угла «мерседес».
– Пригнись! – скомандовал он и потянул ее вниз, на сиденье.
«Мерседес» проплыл мимо и свернул на Боулс-авеню. Босх снял руку с ее шеи.
– Какого черта? – сердито вопросила она, выпрямляясь.
Босх указал на удаляющийся «мерседес».
– Они ехали мимо. Он бы тебя узнал, ты же сегодня туда заходила. Почему так долго?
– Рурка не было на месте. Ходили его разыскивать.
Гарри тронулся с места и пристроился за «мерседесом» на расстоянии примерно двух кварталов. Элинор потребовалось довольно продолжительное время, чтобы прийти в себя.
– Он был один? – спросила она наконец.
– Не знаю. Я не заметил, как он садился. Я высматривал тебя на углу. Мне кажется, захлопнулось больше одной двери. Уверен, что так.
– Но ты не знаешь, садился ли в машину Тран?
– Верно, не знаю. Но уже становится поздно. По моему разумению, это должен быть он.
Однако Босх тут же осознал, что вполне мог поддаться на старейшую уловку из учебника по ведению слежки. Бок, или Тран, мог запросто отправить одного из своих подручных, какую-нибудь мелкую сошку, вместо себя в стотысячедолларовой машине, чтобы увести «хвост».
– Что предлагаешь? Может, вернуться?
Уиш не отвечала, пока он вопросительно не посмотрел на нее.
– Нет, – сказала она. – Действуй, как наметил. Не сбивай себя с толку запоздалыми сомнениями. Ты прав насчет времени. Многие банки перед праздничным уик-эндом закрываются в пять. Если он хочет туда успеть, ему необходимо было выехать сейчас… Ведь Бинь его предупредил… Я думаю, что это он.
