Черное и белое (сборник) полностью

Второй номер тоже сильный. В газетах недавно писали, что в Закопане на 10 процентов повышены цены в барах и ресторанах – такая курортная наценка. Потом писали, что наценку отменили, так как оказалось, что экономически она «ничего не принесла». А потом, что все это – про отмену – неправда, и цены по-прежнему остаются, как говорится, «завышенными».

Но того, что десятипроцентное повышение цен не приносит доходов, никто не опроверг. Так как с этим обстоят дела на самом деле? Ливерную колбасу, ячменный кофе, испанский крем и торуньские пряники продают в Закопане словно драгоценности в «Ювелире», а доходы городской розничной торговли и гастрономических предприятий в результате совсем не увеличились? И два плюс три по-прежнему равно четырем? А дважды семь – одиннадцати? Коровы рождаются от пораженных слоновостью тараканов? Мыши поют Баха, Татры посинели, а по главной улице Закопане течет «Экстра-кола»? Ну же, экономисты, счетоводы, на помощь, электромозги, сжальтесь над покупателями и прочими потребителями, у которых ум заходит за разум, и объясните загадку!

Номер третий: вышеупомянутая «Экстра-кола». В приступе расточительного безумия я приобрел бутылочку таковой. Производят ее в Кракове, на улице Лончной, 6, она содержит кофеин и теобромин, являет собой гордость нашего приобщения к Западной Европе, даже в меню ресторана «Вержинек»[286] имеется. Сначала я попробовал ее «в сыром виде», прямо из бутылки, в магазине: шалфейный эликсир для полоскания зубов, не иначе, сапожная вакса с содовой на мяте, нет слов. Подержал в холодильнике и попробовал снова – то же самое, только зубы ломит и оскомина во рту. Давал ее оценить Знатокам с большой буквы, которые в Парижах кока-колу из фонтанов пивали. Мнения разные. Одни говорят: pulvis radicis liquiritiae compositus на минеральной воде (то есть корень лакрицы в газировке). Другие: мята. Третьи утверждают: липа. И только один знакомый верблюд выпил всю бутылку и даже не скривился, но это потому, что он пришел прямо из Сахары, через Блендовскую пустыню, и у него был сушняк. Из этого не следует, что нашу «Экстра-колу» не нужно покупать. Наоборот – и в холодильник ее, или в бар, и если вдруг заглянет заграничный гость, какой-нибудь дядя из Америки, можно ее будто невзначай показать, приоткрыв дверцу. Произведете эффект. Только, ради Бога, не давайте пробовать! Тут же отвлеките внимание и проводите в другую комнату или на кухню, угостите простоквашей. А вывод прозвучит по-латински: si duo faciunt idem, non est idem[287]…

И на этом завершим переучетную коллекцию, – была у меня еще парочка замечательных находок, например, об одном йети, который мозоли на ногах набил, бегая босиком по Гималаям, а потом в качестве репатрианта приехал в Польшу, где его сразу взяли торговым советником в обувной кооператив, – но, к сожалению, из-за отсутствия места я вынужден со своего магазинчика снять табличку о переучете до следующей недели.

Морогой Дрожек!

Открытка твоя, которую я в сундуке сохраню, чтобы унести с собой в могилу, – дошла, вызвала бурю положительный эмоций, доказательством чего является настоящее письмо, которым, позволь, я включу тебя в круг (узкий!) эпистолянтов, с которыми обмениваюсь мыслями, тем самым перебрасывая мосты за 60 грошей[288] между одиночествами, обитающими в этом, похоже, безлюдном мире. Задумали мы здесь, в глуши, празднование Рождества в доме Блонских[289] – не рассчитывали, однако, на твою персонификацию по причине слишком хорошо известной, ибо ты разрываешься между старой и новой столицами Отечества – и нет никого, кто мог бы тебя хотя бы как-нибудь, хотя бы на 3 процента, хотя бы на собачий волос заменить. Твое графическое alter ego[290] имел честь видеть там же у Блонского на его именинах (имею в виду рисунок Мруза[291]), а «Свадьба в Атомицах»[292], купленная за наличные, пусть и голая, ибо без автографа, уже украшает мои простые полки. Только что от Яся[293] узнал, что такие-сякие сыны твоего «Прогрессора»[294] не издают, а ты, будучи в нашем захолустье, ни одним словом об этих печальных похоронах не обмолвился – давая мне Исключительный пример Мужества Несломленного и Приверженности Внутреннему Спокойствию, который в моей памяти останется, завернутый в парчу. Малый пес, но исключительно удачлив, его достаточно банальный образ ты вознес до Высот, которых редко кто достигает из мира грубости и простоты – расположился сейчас на сафьяне в моем кабинете и каждой своей чертой свидетельствует о твоей невообразимой уникальности.