Затем он принялся гладить моё тело спереди, окидывая взглядом остекленевших глаз.
— Бл*дь, — простонал он, нагибаясь, чтобы поцеловать моё горло. Он издал очередной тяжёлый звук, скользнув рукой меж моих бёдер. — Бл*дь… мы не станем говорить об этом, да, Мири? — Блэк издал очередной болезненный звук, его пальцы уже расстёгивали мои джинсы. — Мы должны поговорить, Мири. Мы должны поговорить. Пожалуйста… скажи, если хочешь поговорить со мной…
Он вжался в меня, его голос становился более гортанным и хриплым.
— …Если ты ждёшь от меня сейчас самоконтроля… — Блэк покачал головой. — Я не тот парень, док. Больше нет. Пожалуйста, не злись на меня потом, потому что я не могу быть таким парнем. Если ты хочешь, чтобы я притормозил, тебе нужно мне сказать. Тебе нужно сказать мне сейчас же, док…
Я стиснула пальцами его волосы, вынуждая посмотреть мне в глаза.
Я старалась думать сквозь всю эту боль, клубившуюся и бившуюся между нами двоими, но я не могла заставить себя обеспокоиться этим. Другой рукой я массировала его через брюки, и Блэк издал тяжёлый стон, впечатывая меня спиной в стену.
— Мири, — застонал он. — Пожалуйста… бл*дь. Пожалуйста…
— Нет, — сказала я ему, качая головой. — Нет, мы не будем разговаривать.
— Ты уверена?
Взглянув на него, я кивнула, пытаясь контролировать дыхание.
— Да. Я уверена. Если только ты не хочешь поговорить. Я буду говорить, если ты действительно хочешь этого, Блэк…
Он покачал головой.
Последовала напряжённая пауза.
Затем я почувствовала, как он по-настоящему отпустил контроль.
Блэк обхватил руками мою спину, стискивая меня в объятиях и прижимая к себе, пока я продолжала массировать его; его язык и губы блуждали по моему горлу, опускаясь ниже…
… затем он подхватил мю ногу… и мы оказались на полу, его рука поддерживала мой затылок.
Блэк сдёрнул с меня остатки рубашки, стащил штаны, затем нижнее белье.
Он сел ровно настолько, чтобы я тоже помогла ему сбросить рубашку.
Все то время, пока мы раздевались, он не отводил от меня взгляда.
Несколько раз он вздрогнул от настоящей боли в раненом боку, но когда я попыталась взглянуть на рану, Блэк схватил меня за волосы, опуская свои губы к моим. С каждым разом он целовал меня все крепче, омывая меня жаром в своей характерной манере, снова отвлекая меня своим языком, пальцами и руками. От поспешности его действий невозможно было думать, невозможно было беспокоиться о чем-то другом.
Однако посыл был ясен.
Плевать он хотел на свою рану.
Блэк раздел нас обоих прежде, чем я успела признаться себе в происходящем, а затем он навис надо мной с сосредоточенным, почти затерявшимся в боли лицом.
— Ты в порядке? — спросила я.
Он кивнул, вздрогнув, когда я погладила его по груди.
Впервые с того момента, как мы начали, Блэк не смотрел на меня.
— Дыра в твоём боку. Ты повредишь швы…
Но он уже качал головой.
— Дело не в этом, — сказал он севшим голосом. — Похер мне на это. Я удлинился. Я не могу… — он открыл глаза, встречаясь со мной взглядом из-под полуопущенных век. Я осознала, что он вспотел, его глаза остекленели. — Я не могу войти в тебя таким, — выдавил он. — Мири… просто дай мне минуту, пожалуйста… пожалуйста… я чувствую себя так, будто сдохну нахер, если мы этого не сделаем…
Боль затмила все перед моими глазами после его слов.
Вновь сумев видеть, я всматривалась в его лицо, видя, как он крепко поджимает губы, сосредоточившись. Боль заострила его черты, когда он прикрыл глаза, и от этого моя собственная боль лишь усилилась.
Затем выражение его лица постепенно разгладилось.
Блэк издал тихий звук, что-то между стоном и рычанием.
—
Я притягивала его тем способом, который не могла объяснить, вцепившись в его руки обеими ладонями.
— Да, — эта спешка вспыхнула во мне, вызывая сильную боль в груди. — Да… Блэк. Пожалуйста…
Когда я стиснула его волосы пальцами, он хрипло ахнул.
Затем он скользнул в меня до упора.
Я издала надломленный крик. Я ничего не могла с собой поделать. Я обхватила его ногами, помня о повязке на его боку. И все же когда я вспомнила об этом, меня пронзило чувство вины…
По крайней мере, пока он не вдолбился в меня сильнее.
Тогда я совершенно забыла об его ране.
В этот раз я застонала, выгибая спину.
Блэк сделал это снова, ещё жёстче, и мы оба вскрикнули. Перенеся свой вес на одну руку, он стиснул моё бедро другой рукой и снова вошёл в меня, издав тяжёлый звук, когда проник глубже под другим углом. Я осознала, что смотрю на него, на его руки и грудь, напрягавшиеся и изгибавшиеся надо мной.
Он был прекрасен. Не просто физически — хотя в этом отношении он тоже был красив. В нем было что-то ещё, я скорее ощущала это, нежели видела, пусть даже и наблюдала, как он выражает это через телесность. Это вызывало такую интенсивность чувств, что моя реакция почти граничила с жестокостью. Вцепившись в его плечи, я встретила его следующий толчок на полпути, и Блэк издал надрывный звук, стискивая меня руками.
Он остановил нас прежде, чем мы успели сделать это снова.
