Когда Марлоу вернулся на рабочее место, его ждал сюрприз.
— Вам пришла телеграмма, доктор Марлоу, — сообщил секретарь.
Слова, напечатанные на листке бумаги, показались ему выросшими до гигантских размеров:
ПОЖАЛУЙСТА, СООБЩИТЕ, ЕСТЬ ЛИ НЕОБЫЧНЫЙ ОБЪЕКТ В ТОЧКЕ ПРЯМОЕ ВОСХОЖДЕНИЕ ПЯТЬ ЧАСОВ СОРОК ШЕСТЬ МИНУТ, СКЛОНЕНИЕ МИНУС ТРИДЦАТЬ ГРАДУСОВ ДВЕНАДЦАТЬ МИНУТ. МАССА ОБЪЕКТА ДВЕ ТРЕТИ МАССЫ ЮПИТЕРА, СКОРОСТЬ СЕМЬДЕСЯТ КИЛОМЕТРОВ В СЕКУНДУ ДВИЖЕТСЯ ПРЯМО ПО НАПРАВЛЕНИЮ К ЗЕМЛЕ. РАССТОЯНИЕ ОТ СОЛНЦА 21,3 АСТРОНОМИЧЕСКОЙ ЕДИНИЦЫ.
Вскрикнув от изумления, Марлоу кинулся к кабинету Геррика и ворвался в него без стука.
— Вот они, — вскричал он, — все данные, которые нам нужны!
Геррик внимательно прочитал телеграмму. Затем он довольно криво улыбнулся и сказал:
— Это значительно меняет дело. Похоже, что теперь мы должны консультироваться с Кингсли и Королевским Астрономом.
Марлоу еще не оправился от волнения.
— Нетрудно догадаться, что произошло. Королевский Астроном получил наблюдательный материал о движении планет, а Кингсли сделал расчеты. Насколько я знаю этих парней, весьма маловероятно, чтобы они ошиблись.
— Можно легко проверить их результат. Если объект находится на расстоянии 21,3 астрономической единицы и приближается к нам со скоростью семьдесят километров в секунду, мы можем быстро подсчитать, сколько времени ему потребуется, чтобы достигнуть Земли, и сравнить ответ с восемнадцатью месяцами, которые получились у Вейхарта.
— Ваша правда, — сказал Марлоу. Затем, он набросал на листке бумаги следующее:
Расстояние 21,3 а. е. — это приблизительно 3*1014 см. Время, нужное для того, чтобы преодолеть это расстояние при скорости 70 км/сек: 3*1014/7*106 =4.3*107 секунд = 1.4 года = приблизительно 17 месяцев.
— Великолепное совпадение! — воскликнул Марлоу. — Более того, положение, которое они указали, почти точно совпадает с нашим. Все сходится.
— Теперь подготовить доклад станет еще труднее, — сказал Геррик, нахмурившись. — Получается, что его уже нельзя написать без Королевского Астронома. Думаю, мы должны, немедленно, вызвать к нам и его, и Кингсли.
— Совершенно верно, — сказал Марлоу. — Пусть ваш секретарь сейчас же займется этим. Я думаю, они смогут присоединиться к нам уже через тридцать шесть часов, то есть послезавтра утром. Будет еще лучше, если всеми приготовлениями займутся ваши друзья в Вашингтоне. Что касается доклада, то почему бы не написать его в трех частях? Первая часть может касаться наблюдений нашей обсерватории. Вторую часть пусть напишут Кингсли и Королевский астроном. А третья часть будет содержать выводы, которые мы сделаем совместно с англичанами после их приезда.
— Полностью согласен с вами, Джефф. Первую часть я постараюсь закончить к приезду наших друзей. Вторую предоставим написать им, после чего запротоколируем совместное обсуждение и выводы, к которым нам удастся придти.
— Прекрасно. И вам работы будет меньше. Так что завтра приглашаю вас вместе с Элисон на ужин.
— Я был бы очень рад принять ваше приглашение, но не знаю, удастся ли мне завершить свою часть доклада до вечера. Пока ничего не могу обещать.
— Разумеется. Просто сообщите мне завтра, как пойдут дела, — сказал Марлоу, поднимаясь.
Когда Марлоу выходил из кабинета, Геррик спросил:
— Все это довольно серьезно, не правда ли?
— Думаю, что да. У меня было что-то вроде нехорошего предчувствия, когда я в первый раз увидел снимки Кнута Йенсена. Но я не представлял, до чего это скверно, пока мы не получили телеграмму. Получается, что плотность облака порядка 10-9—10-10 г/см3. А это значит, солнечный свет сквозь него не пройдет.
Кингсли и Королевский астроном прибыли в Лос-Анджелес ранним утром 20 января. Марлоу ждал их в аэропорту. Они быстро позавтракали в аптеке, сели в машину и помчались по автостраде в Пасадену.
— Боже мой, до чего же не похоже на Кембридж, — проворчал Кингсли. — Шестьдесят миль в час вместо пятнадцати, и голубое небо, а не бесконечно моросящий дождь. Еще так рано, а температура уже под двадцать градусов.
Он очень устал: сначала долгий утомительный перелет через Атлантику, затем несколько часов ожидания в Нью-Йорке — слишком мало времени, чтобы успеть сделать что-либо, но вполне достаточно, чтобы вконец измотать путешественника и, в довершение ко всему, ночной полет через все Соединенные Штаты. Правда, это было намного лучше годичного морского путешествия вокруг мыса Горн, которое в подобном случае пришлось бы совершить сто лет назад. Он хотел лечь и хорошенько выспаться, но так как Королевский Астроном намеревался сразу же пойти в обсерваторию, Кингсли решил, что должен к нему присоединиться.
После того, как Королевскому астроному и Кингсли представили сотрудников обсерватории, с которыми они не были знакомы, и обмена приветствиями со старыми знакомыми, в помещении библиотеки, наконец, началось совещание. Кроме гостей из Англии, в нем участвовали все участники обсуждения открытия Йенсена на прошлой неделе.
