Он осторожно уложил странные пластинки в коробку, отключил приборы, погасил свет в подвале и отправился к доске объявлений, которая находилась возле библиотеки. Здесь он просмотрел список наблюдений и тех, кто их вел. К его радости выяснилось, что Марлоу не наблюдал ни в Паломар, ни в Маунт Уилсон. Конечно, вечером он мог быть занят личными делами. Однако Йенсену повезло. Он позвонил Марлоу по телефону и застал его дома. Когда он объяснил, что хочет поговорить об одном очень странном явлении, Марлоу сказал:
— Конечно, Кнут, приходите, я буду вас ждать. Нет, все в порядке, никаких особых дел у меня нет.
То, что Йенсен вызвал такси, отправляясь к Марлоу, многое говорило о его душевном состоянии. Студенты с годовым доходом в две тысячи долларов такси обычно не пользуются. Тем более это касалось самого Йенсена. Он рассчитывал скопить немного денег, так как мечтал до возвращения на родину, в Норвегию, посетить различные обсерватории Соединенных Штатов и привести подарки своим родным. Но сейчас он забыл о деньгах. Он ехал, сжимая в руках коробку с пластинками и думал лишь о том, не свалял ли где-нибудь дурака, не сделал ли какой-нибудь нелепой ошибки.
Марлоу ждал его.
— Входите, Кнут, — сказал он. — Выпейте чего-нибудь, я слышал, что у вас в Норвегии любят крепкие напитки, не так ли?
Кнут улыбнулся.
— Не крепче, чем употребляют здесь, в Калифорнии, доктор Марлоу.
Марлоу предложил Йенсену удобное кресло у камина (так любимого многими людьми, живущими в домах с центральным отоплением), и, согнав со второго кресла огромного кота, уселся сам.
— Хорошо, что вы позвонили, Кнут. Жены сегодня нет дома, и я не знал, чем заняться.
Затем перешел прямо к делу — тонкости дипломатии были ему чужды.
— Ну, что там у вас? — сказал он, кивнув на желтую коробку, которую принес Йенсен. — Показывайте.
Испытывая некоторую неловкость, Кнут вынул первую из двух пластинок, ту, что была заснята 9 декабря 1963 года, и молча протянул ее Марлоу. Реакция собеседника его обрадовала.
— Боже, — воскликнул Марлоу. — Снимок сделан на 18-дюймовом. Ага, вот и отметка на краю пластинки.
— Вы думаете, здесь какая-нибудь ошибка?
— Насколько я вижу, нет. — Марлоу вынул лупу из кармана и внимательно осмотрел пластинку. — Выглядит совершенно нормально. Никаких дефектов на снимке незаметно.
— Что вас так удивило, доктор Марлоу?
— Вы хотели показать мне эту пластинку?
— Не только. Странное явление становится заметным, когда сравниваешь ее со второй пластинкой, которую я снял месяцем позже.
— Но эта и сама по себе достаточно удивительна, — сказал Марлоу. — И вы целый месяц держали ее у себя в столе! Жаль, что не показали ее раньше. Впрочем, откуда вам было знать.
— Простите, но я не понимаю, почему вас так удивила эта пластинка?
— Посмотрите на это темное круглое пятно. Очевидно, что это газовое облако, не пропускающее к нам свет звезд, расположенных позади него. Такие глобулы нередки в Млечном Пути, но обычно они имеют очень маленькие размеры. Боже мой, а взгляните на эту! Громадина! Чуть ли не два с половиной градуса в поперечнике!
— Но, доктор Марлоу, существует множество облаков, больших, чем это, особенно, в созвездии Стрельца.
— Если вы внимательно посмотрите на такие большие облака, то сразу обнаружите, что они состоят из огромного числа более мелких. А эта штука, на вашей пластинке, скорее всего отдельное сферическое облако. Мне только непонятно, как я умудрился его проглядеть.
Марлоу снова осмотрел пометки на пластинке.
— Правда, расположено оно на юге, мы зимним небом занимаемся не часто. Но все равно, не могу понять, как я мог его пропустить, когда работал над Трапецией Ориона. Это было всего три или четыре года тому назад, и я бы такого не забыл.
То, что Марлоу никогда не слышал про это облако, а это, несомненно, было так, удивило Йенсена. Марлоу знал небо и все необычные объекты, которые могут на нем встретиться, не хуже, чем улицы Пасадены.
Марлоу подошел к буфету наполнить бокалы. Когда он вернулся, Йенсен сказал:
— Собственно, меня удивила вторая пластинка.
Марлоу смотрел на нее несколько секунд, а затем снова взглянул на первую пластинку. Его опытному глазу не нужно было мигалки, чтобы увидеть на первой пластинке странное кольцо звезд вокруг облака, которое полностью или частично отсутствовало на второй.
— Не было ли чего-нибудь необычного в способе, которым вы получили эти снимки?
— По-моему, нет.
— Они действительно выглядят нормально, но никогда нельзя быть полностью уверенным.
Марлоу вскочил. Всякий раз, когда он был возбужден или чем-то взволнован, он выпускал огромные клубы резко пахнущего анисом табачного дыма. Он предпочитал какой-то особенный табак из Южной Африки. Йенсен удивился, почему его трубка не загорается.
— Знаете ли, иногда с пластинками происходят самые дикие вещи. Нам следует, как можно скорее, получить новый снимок. Хотел бы я знать, кто сегодня наблюдает на горе.
— Вы имеете в виду Маунт Уилсон или Паломар?
— Маунт Уилсон. Паломар слишком далеко.
