Когда крепкая мужская фигура едва не исчезает между избами я срываюсь с места и бегу через дворик. Перепрыгиваю через плетеные оградки и прикрытые сосновыми ветками грядки, вцепившись в черенок. Трава хрустит под кроссовками, что грозятся примерзнуть к ступням навсегда. Приближаюсь к незнакомцу и, размахнувшись, со всей силы бью его по спине. Он выше меня головы на три. Издалека он казался меньше. Руки трясутся от сильной отдачи.
Парень даже не пошатнулся!
Резко обернувшись, он опешил, увидев меня. Ему приходится опустить голову, чтобы встретиться со мной взглядом. Размахиваюсь и бью его еще раз. Парень слегка наклоняется в бок, зажимая большой бледной ладонью место, где встретился его торс и черенок от лопаты. Ударяю в третий раз.
Ему всё нипочем!
Пытаюсь замахнуться в четвертый раз, но незнакомец ловко перехватывает палку, все так же ошарашенно оглядывая меня с ног до головы. В попытках скрыть ужас я действую необдуманно быстро. Пока он не тронул меня в ответ с размаху пинаю его в пах. Парень сгибается пополам. Он рычит что-то под нос, но я не могу разобрать ни слова, кроме одной-единственной фразы. Кажется, он повторил её пару раз.
– Какого беса? – Его голос хриплый и низкий, походит на шепот. Мы стали приблизительно одного роста. Вырываю палку из его рук, облаченных в перчатки, и бью по боку наотмашь. Трясусь от страха, уверенно протягивая:
– Я не шлюха, а воровка, но это не помешает мне поиметь тебя.
Ещё несколько ударов и молодой мужчина падает на колени. Одной рукой он обнимает себя за правый бок, второй упирается в заледеневшую грязь. Темные волосы разметались в стороны, скрывая лицо. Меня подхватывают чьи-то руки и оттаскивают от него. Палку выбивают из рук, больно стукнув по кисти.
– Что это? – Смеется второй незнакомец, крепче сжимая мои руки за спиной. – Дикая карлица!
Впереди откуда ни возьмись появляется третий парень. Он чуть выше меня ростом, обритый наголо, загорелый и с азиатским разрезом глаз. Одетый в легкую жилетку поверх серой рубашки, он презрительно поджимает губы, поглядывая то на меня, то на козла, которого я пыталась обокрасть. Прихрамывает, подходя ближе. Мужчина с размаху ударят меня под дых. С губ вместе с паром срывает крик. От боли из глаз сыплются искры. Мужчина отвешивает мне несколько оплеух. Во рту – вкус крови. Она стекает с губ по подбородку. Тот, что в шрамах, поднимается и отряхивает пальто. Его болезненно-белое лицо не выражает ни единой эмоции.
– Кто ты такая? – С вызовом кричит азиат, замахиваясь. Напрягаюсь всем телом, готовая вновь получить, но ничего не происходит. Открываю глаза, когда избитый мной незнакомец строго оговаривает своего подельника:
– Не трогай её.
Не верю собственным ушам. Может я ему по голове попала?
Вот и вскрылась моя поганая натура. Я бы никогда не стала защищать того, кто сделал мне что-то плохое. Я злопамятная и никогда не раздаю вторых шансов.
Парень со шрамами наклоняется вперед, внимательно разглядывая мое лицо.
Я выбила из него всю надменность, иначе как объяснить азартный огонь, разгоревшийся в глубокой зелени глаз?
Он выглядит удивленным, хоть и всячески пытается скрыть это за идиотской ухмылкой.
– Воровка, говоришь? – раздаётся громогласный голос из-за спины. Человек трясёт меня в воздухе, с такой легкостью, как будто взбивает подушку. Ноги отрываются от земли и ребра жалобно скрипят с новой силой. Вою, трепыхаясь, как рыбешка.
– Воровка, воровка. – тяжело пыхчу, с трудом сдерживая рвотные позывы.
– Поздравляю. Это было твое последнее ограбление. – самодовольно, не скрывая издевки, обращается ко мне азиат. – Амур, давай вздёрнем её у рынка?
Они убьют меня. В страхе за свою жизнь можно сделать много непростительных вещей. Например, убить кого-то. Но ножи в кроссовках и мне их не достать. Так же, как и ружьё.
Всё происходит слишком быстро. Азиат тычет пальцем мне в бедро, и я бездумно пинаю его в лицо. Раздаётся отвратительный хруст. Он отшатывается, схватившись руками за лицо и щедро осыпает меня оскорблениями:
– Маленькая грязная…
Его прерывает человек, держащий меня позади. Раскатистый смех прокатывается волной по моему телу. Чувствую, как он дергается позади, подталкиваю меня в спину.
– Решила испачкать подошву в Хастахе? Дорогая, не отмоешься.
У них тоже эти странные клички. Азиат – Хастах. Кто-то из них – Амур. Амур – как река?
– Именем царской дружины мы производим задержание.– слышится крик и со всех сторон показываются бандиты в красных тряпках. Их не менее десяти. Они выползают как черти из табакерки, расцветая алыми цветами на унылой улице, между домами и в окнах. Минуту назад я была готова поклясться, что мы здесь совершенно одни.
Кажется, те трое с горы тоже назвали себя дружинниками.
Мужчины хватают азиата. Внезапно, громила, стоявший позади меня, исчезает. Падаю на колени. Кругом снуют ноги в красных накидках, задевая и толкая меня из стороны в сторону. В суматохе прикрываю голову руками. Дружинники переговариваются между собой, шуршит трава и топот сотрясает землю. Нос чьего-то ботинка влетает мне по животу, выбивая воздух из лёгких.
