На подъезде к собору я уже миллион раз пожалела, что не сказала обо всём советникам и не поехала с вампирами. Деймор сейчас мне казался лёгким недоразумением по сравнению с предстоящим ужасом. Если обряд пройдёт, то умрут все. В первую очередь Аарон со своим отцом, да и вообще всем советом. А может и пол города. Хотя я не исключала возможности, что прибьёт он и меня. В последнее время Маркус всё хуже и хуже себя контролировал, а глаза слишком сильно полыхали алым. Раньше такого не было.
— Вы выходите, Ваше Величество? — постучал паж, так и не дождавшись моего появления.
Судорожно вздохнув, я собралась с силами и вышла из кареты. Ноги в коленях отказывались гнуться, да и на каблуках я, казалось, вообще разучилась ходить. Кое-как совладав с собой, я дошла до собора под восхищённый рёв толпы. Стражники сдерживали напирающих, ко мне тянули руки, кричали в приветствии, а некоторые бросали в мою сторону цветы.
Мелодия органа разносилась по округе, такая красивая и проникновенная, но отдающая нотками печали и безысходности. Я любила музыку, но сегодня она давила на меня, отражаясь мрачным эхом в душе. Медленно ступая по ковровой дорожке к алтарю, я не решалась лишний раз посмотреть на гостей, застывших в поклоне при моём появлении. Ужас на лице я скрыть даже и не пыталась, просто потому что уже не могла. По коже неприятно ползали мурашки. Хотелось плакать, глаза то и дело начинало щипать, но я запретила себе рыдать. Не здесь и не сейчас. Сжимая букет мёртвой хваткой, я думала только о том, чтобы всё сорвалось, но с каждым шагом надежда таяла. Я видела Аарона, но поднять глаза и встретиться с ним взглядом не хватило духу.
Друзья расположились на втором ряду, такие же хмурые, как и я. Джаред так и вообще разве что руку ко лбу не приложил. С другой стороны около лорда Харфина я заметила младшего сына Майкла, жену и Винсента.
Ох, Винс, если бы не ты, я сейчас бы уже была в Мортвуде. Сколько ещё ты мне гадостей сделаешь?
Поднявшись по ступеням к алтарю, я взяла себя в руки и заставила встретиться с женихом взглядом. Аарон не отрываясь смотрел на меня, но никакой радости в его глазах я не заметила. Скорее он был обиженный и печальный. Странно, ведь они с отцом почти добились, чего хотели. Осталась простая церемония, и он король. О чём ещё можно было мечтать? А мои желания значения не имели.
Он хотел мне что-то сказать, но Белая жрица, окинув меня полным презрения взглядом, заговорила:
— В этот светлый день мы собрались в священном храме для объединения двух душ божественным союзом Наисветлейшей богини Ино. Но сегодня мы станем свидетелями не просто союза светлых душ, но короля и королевы, будущей надежды славного королевства Ларминия. Наисветлейшая станет вашим проведением, соединив навеки. И я вещаю её волю.
Жрица поклонилась и начала читать тексты священного писания, зажигая по одной свече. Одна строфа — один маленький огонек на алтаре. Свечи загорались и отбрасывали блики на камень, и с каждым зажжённым пламенем сердце ускорялось, отдаваясь пульсацией в висках.
Когда все свечи были зажжены, Ланэтт поднесла к пламени лучину благовоний и обошла алтарь и нас с Аароном, что-то нашёптывая. Я обернулась и скользнула взглядом по сидящим. Винсент сложил руки на груди и угрюмо смотрел на Нию, а та демонстративно не обращала на него внимания, схватившись за Джареда. Ирмис сидела злая и неодобрительно на них смотрела. Я понадеялась, что она не вцепится рыжей в волосы. А вот лорд Харфин и его жена лучились счастьем, того и гляди засияли бы от ликования. Ещё бы, так выгодно смогли подсунуть старшего сына, после стольких-то попыток.
Когда жрица закончила окуривать залу, то начала читать длинную клятву-воззвание. Сначала она нараспев озвучила свою часть, а потом пришла и наша. Аарон был первым. У меня осталось меньше минуты, чтобы придумать пути отступления. После произнесения воззвания отказаться было бы невозможно.
Аарон повторял за ней клятву слово в слово, и огоньки на алтаре загорались всё ярче. Я сглотнула и с силой сжала букет, сломав нежные стебли лилий. Я пыталась унять дрожь, но с каждой произнесённой фразой это удавалось всё хуже. Я скрипнула зубами и напряглась.
Когда Аарон закончил, Ланэтт обратилась ко мне, начав читать мою часть клятвы. Я открыла рот, но не смогла произнести ни слова. Жрица выжидательно на меня смотрела, но время тянулось в молчании, и её лицо начало приобретать бордовый оттенок. От гостей послышались неуверенные шепотки.
— Ты чего молчишь? — еле слышно проговорил Аарон, а в его глазах я видела неуверенность и зарождающуюся тревогу.
Но я просто молчала и хлопала глазами. Жрица повторила ещё раз, но не успела она договорить фразу до конца, как огоньки свечей замигали, а за окном начало стремительно темнеть. Яркая наполненная солнечным светом зала собора погрузилась в полумрак, но это точно не было моих рук дело.
