В зал суда они вошли по расширявшемуся проходу, между двух трибун, где очевидно располагались участники и зрители процесса, но сейчас они были пусты. Первым, что открылось взору Крита, являлось судейское ложе, протянувшееся чуть ли не по всей ширине зала. В здешним суде правом вершить правосудие обладали сразу семеро некромантов, то есть члены совета, управлявшие городом. Посему массивная каменная трибуна квадратными впадинами делилась на семь почти равных сегментов: центральная была больше остальных. В центре каждой был инкрустирован неровный ромбовидный кристалл, на удивление ничем не пульсировавший. Крит заметил, что от каждой трибуны тянулись тоненькие желобки, выложенные поблескивающим материалом, и сходились они в центре зала, на полу, очерчивая знакомый охотнику символ. За судейским ложем на стене красовался чёткий угловатый узор в стилистике этого места уже вовсю сияющий зёлёным. Трапециевидный потолок был не высоким, и каких либо осветительных строений на нем не было — только неразборчивые тёмные фрески. Вообще интерьер зала суда был проще и тусклее, по сравнению с холлом или же лифтом. Похоже, это должно было ещё больше угнетать тех, кому выпало несчастье предстать перед советом. Освещался зал небольшими факелами, которые торчали из остро скругленных косяков прохода и углов трибун для зрителей. Крит так же заметил, что их первый ряд составляли высокие стулья со спинками из стилизованных ребер, а дальше шли ровные неделимые скамейки. Стены так же не отличались особой живописностью — гладкий камень. Однако по углам от судейского ложа зеркально друг к другу стояли две угловатые статуи. По мантиям и проглядывавшемся скелете было не сложно догадаться, что это некроманты. Они стояли в полный рост, вытянув левую и правую руку, соответственно, с раскрытой ладонью к центру помещения. Вновь прибывшие дошли почти до середины зала и Крит осторожно обернулся. Над проходом, прям под потолком красовалась сверкающая ассиметричная звезда, барельефом выпиравшая из стены. А рядом с ней проходили два канала с пульсирующей энергией, уходившей куда-то вниз. Охотнику стало интересно, откуда берут своё начало эти потоки и где они все сходятся, но сейчас стоило сосредоточить мысли на другом…
Занкар подвел спутников в окурат к тёмной фигуре, стоявшей посередине зала. Разумеется — это был Грегориан, стоявший в привычных лохмотьях, но без капюшона. Только сейчас Крит обратил внимание на то, что голову наставника не покрывал ни шлем, ни маска, и он увидел короткие, уложенные тёмно — седые волосы, покрывавшие затылок и верхнюю часть мощных трапециевидных мышц шеи. Охотник встал справа, а колдун слева и чуть позади Грегориана тот даже не шевельнулся, услышав их приближение. Крит, было, хотел поприветствовать своего «друга», но другой голос нарушил тишину:
— Приветствую, Ривардо, хорошо, что вы так быстро подошли, — медленно, но слегка взволнованно произнес некромант, стоявший в центре ложа, на Крита же он не обратил ни малейшего внимания.
— Ага, не без вашей помощи мы так быстро прибыли, приветствую вас, достопочтенный совет, — колдун слегка поклонился, в этом действии не было и намека на глумливость. Крит на всякий случай тоже сделал поклон, хотя у него было ощущение, что его вообще никто не видит. Занкар тем временем подошел к краю трибуны и встал рядом. Теперь стоит обратить внимание на сам совет некромантов: кто они, чем занимаются и изложить события, произошедшие в мире теней, пока Крит прибывал в Астрале.
