- Оставь меня в покое! - с отчаянием в голосе вдруг выкрикнул мальчишка и отполз еще дальше, - Уйди от меня, пожалуйста, пожалуйста... Мне ничего от тебя не надо, прости, если я что-то тебе сделал плохо, только оставь меня, уйди, уйди...
- Энджи, - Феофил снова сделал шаг, и тогда мальчишка прижал к себе колени, уткнул в них лицо и закрыл ладонями уши. Омега крупно дрожал, сжавшись.
Лекарь еще простоял так около минуты, не зная, что делать. Заставить сейчас Энджи сойти с места было невозможно - он был, во-первых, не в себе, во-вторых, теперь он никогда не примет помощь Феофила, в каком бы состоянии ни находился. Но что с ним делать? Оставить в лесу нельзя. Куда отвести его? Везде, стоит только оставить его теперь без присмотра, к нему обязательно кто-нибудь пристанет, как эти двое подонков. Лекарь сел рядом, надеясь найти диалог с мальчишкой. Когда тот снова поднял лицо, Феофил произнес.
- Прости, что... - лекарь не договорил.
- Не надо, - зашептал Энджи, - Кто я такой, чтобы передо мной извиняться? Ничего не произошло.
- Нет, мне жаль... - Феофил снова попытался что-то сказать, но Энджи не хотел слушать.
- Тебе не жаль, никому не жаль. И мне не жаль. У меня было много партнеров, так что ничего страшного, не жаль, - Энджи поднялся, опираясь о дерево, - Какая разница, сколько... Переживу.
- Энджи, прости! - лекарь в отчаянии схватил мальчишку за плечо, заставив посмотреть на себя.
- За что? - казалось, омега действительно ничего не понимал, но его голос был слишком безжизненным.
- Я не хотел, чтобы Арен понял, что ты рассказал...
- Арен... - мальчишка глупо улыбнулся, потом посмотрел на лекаря, - А вы так похожи.
- Всё, идем в башню, - Феофил, наконец, понял, что разговаривать с Энджи сейчас бесполезно и, притянув его к себе, потащил к Кайлину. Мальчишка пытался сопротивляться, но сил не было. Он молчал, не глядя, куда лекарь его ведет. А Феофил понимал, что, как ни странно, комната младшего вождя сейчас самое безопасное место для Энджи.
Кайлин в это время лежал на постели и чесал за ушком дремлющего котенка, терпеливо дожидаясь, когда вернется хоть кто-нибудь. Юношу уже начало одолевать беспокойство. И когда, наконец, в коридоре послышались шаги, он приподнялся на подушках и уставился в дверь.
- Кайлин, ты только не волнуйся. - начал было Феофил, затаскивая находящегося в полуживом состоянии Энджи. Но эта фраза Кайлина не успокоила. Он в ужасе накрылся до подбородка одеялом, затем скинул его и, неуклюже притянув к себе ноги, показал ладонью на свободное место на постели.
- Положи его сюда, что с ним?
Феофил повиновался, не зная, как ответить. Он устроил Энджи на кровати Кайлина и начал его раздевать, чтобы осмотреть и обмыть. Зеленоглазый оборотень, наконец, сообразил, где он и, глядя на младшего вождя, прошептал.
- У меня метка клятвоотступника...
- Какая метка?! - Кайлин посмотрел сначала на полуживого Энджи, затем перевел взгляд на лекаря, - Что вообще здесь происходит? Его вызвали на вече, а он вернулся избитый!
- Его изнасиловали двое, потому что на нем сейчас метка, нося которую, он теряет какие-либо права.
- Что? Вы тут все ненормальные? - Кайлин, который, казалось, тут только что умирал, теперь был готов на кого-нибудь кинуться, - Что, если у вас не изуродуют и не изнасилуют омегу, то день прошел зря?
- Тебе нельзя нервничать! - рявкнул Феофил, но Кайлин прошипел в ответ.
- Что было на вече?
- Лежи и молчи, пока сам не оказался в похожем положении!
- Ты мне угрожаешь? - Кайлин скрипнул зубами, готовясь кинуться на Феофила.
- Нет, я предупреждаю, что тут не всё так просто. Еще вчера до Энджи никто пальцем не смел коснуться, а теперь...
- Я сам виноват, - мальчишка, который до сих пор молчал весь разговор, правда, особенно в него не вслушиваясь, уткнулся лицом в простынь и произнес, тихо и по-прежнему равнодушно, - Арен доверил мне тайну, взяв с меня клятву, что я никому о ней не скажу. Но так вышло, что я рассказал о ней Феофилу. А он рассказал о ней на вече. Арен потребовал меня наказать. Мне дали метку клятвоотступника и заставили носить три месяца. Когда я вышел на улицу, меня увидели двое альф. Заметив, что на мне метка, они затащили меня в лес и изнасиловали. Феофил их отогнал и притащил меня сюда.
Кайлин слушал это всё, глядя на лекаря так, что тот поежился. Затем притянул к себе Энджи, который тут же к нему приткнулся и начал его аккуратно поглаживать.
- Феофил, лучше уйди...
- Протри ему лицо... - лекарь поставил на стол приготовленную чашку с каким-то раствором и вышел из комнаты. Энджи повернул голову и, убедившись, что Феофил ушел, обнял Кайлина и расплакался.
Мальчишка интуитивно понимал, что Кайлин сейчас единственный, кто может понять и по-настоящему ему посочувствовать, потому что на себе испытал нечто подобное. И Кайлин действительно сочувствовал. Он гладил по волосам Энджи, прижимая к себе и убаюкивая, как ребенка.
