- Энджи... - Кайлин взял мальчишку за руку, - Но я в любом случае умру, как только они покинут мое чрево. Я не изменю это. И не хочу менять. Я хочу быстрее туда. Понимаешь? Я хочу умереть, - Кайлин смотрел куда-то в сторону, - Я ведь любил его. Я любил его, с первого взгляда... И ведь я предложил, что покончу с собой, если я ему так противен. Я готов был уступить место любому его любовнику ценой своей жизни, чтобы он был счастлив. Но он сказал нет, он зачал мне волчат, чтобы потом убить меня и их! За что Арен так со мной поступил? Что я ему сделал плохого? Что?
- Кайлин, тише... Он подонок, но это не значит... - Энджи с ненавистью глянул на Арена, который тут же отвел глаза, - Это не значит, что ты должен умирать.
- Значит! За ошибки надо платить...
- Не такой ценой...
- Как ты не понимаешь, Энджи. Мне не хочется жить. Мне противно на него смотреть, тошно, стыдно. А волчата, какие они будут? Как он?
- Как ты, - Энджи взял в руку прядь волос омеги и начал их поглаживать, глядя на Кайлина, - Пожалуйста, не убивай их, - мальчишка чувствовал, как по щекам снова катятся слезы, - Помнишь, как я рассказывал про того беременного омежку, совсем мальчика, которого в плену убили? Помнишь? Он мне до сих пор снится, - Энджи плакал, понимая, что не может скрыть это, - Кайлин, я второй раз подобного не вынесу... Не надо.
Младший вождь на мгновение задумался, глядя на Энджи, затем медленно подался вперед и, уже не сдерживаемый Ареном, обнял плачущего оборотня.
- Нет, не буду. Не плачь только, ну не плачь. Я всё сделаю, они родятся, обещаю. Только пусть мне выделят шатер, я не хочу жить в крепости, где живет он.
- Да, Кайлин, спасибо... - Энджи еще всхлипывал какое-то время, не в силах успокоиться. Младший вождь же был спокоен, его глаза были сухи. Феофил и Арен смотрели на него, понимая, что что-то поменялось в мальчишке. Что-то с лицом, точнее, с его выражением, совершенно иным. Как будто Кайлин потерял что-то важное. Что? Чувственность, нежность. Всё застыло, окаменело внутри, оставив маску безысходности и печали. И безразличия. Он смотрел вперед, обнимая Энджи, но его лицо не выражало сочувствия. Хотя оно как будто было. Только Кайлин не хотел показывать кому-либо что думает, дверцы души захлопнулись, оставив только Энджи маленькую щелочку.
Когда Энджи успокоился, оборотни отправились к шатрам, через опушку. Тихо покачиваясь, перед их глазами возникло повешенное тело Вильгельма. Арен замер, тут же схватившись за дерево. Он готов был заорать, сойти с ума, лишь бы не видеть всего этого. Не слышать, не помнить. Все, что говорил о нем Кайлин, всё оставляло в душе кровавые борозды. А теперь... Еще и Вильгельм. Из-за него. Всё из-за него, из-за его игр.
Кайлин подошел к безжизненному трупу и коснулся холодного лица, странно улыбаясь.
- Арен, это ведь твой любовник. Он повесился, посмотри. Иди сюда, - мальчишка повернулся к вождю, - Он был красивый, ты ему обещал мое место. А потом подвел его. Видишь, он покончил с собой. Наверное, он тебе надоел?
Все трое оборотней подавленно молчали. Арен с трудом стоял, держась за ворот своей рубашки, глядя то на труп, то на Кайлина.
- Ему нужна помощь, - Феофил тихо шепнул Энджи и подошел к вождю, - Арен, присядь, успокойся.
- Это Вильгельм украл кинжал и подкинул его Энджи. Он придумал убить Кайлина, - вождь смотрел на Феофила, явно надеясь оправдаться, что сразу понял младший вождь.
- Подлости делали вместе, а теперь всё на мертвого вешаешь?
- Нет, - Арен опустил голову, - Я сам виноват, сам!
Феофил покосился на висящий труп с приливом ненависти. Картина стала складываться полной. Вильгельм хотел убить Энджи руками лекаря, а потом убить Кайлина. Руками Арена. И вот, конкурентов нет.
- Я рад, что он сдох, пусть висит! - лекарь подошел к трупу и плюнул ему в лицо. Энджи, увидев, что делает любовник, опустил глаза и подошел к нему.
- Феофил, перестань, прошу тебя...
- Ты хоть понял, что из-за него ты чуть не погиб?
- Тогда плюнь и в лицо Арену, - Энджи скрестил руки, с вызовом глядя на любовника.
- Ему и так досталось.
- А Кайлину нет? - мальчишка полез на дерево, на котором висел труп и перерезал веревку. Тело тяжело упало на землю.
- Что ты делаешь? Зачем ты его снял? - Феофил недовольно смотрел на Энджи, - Пусть он так и остался бы висеть, чтобы гнил и вороны сжирали бы его мясо, чтобы глаза бы повыклевывали! Или ты еще его и обмоешь? Самоубийцу? Вора? Интригана?
В ответ Энджи спрыгнул с дерева и перевернул труп, тут же закрыв ему глаза, пока он еще не успел окоченеть.
- Да, обмою...
- Ты сумасшедший? Тебе делать больше нечего, как возиться с этим подонком? - Феофил готов был придушить любовника, - Я сообщу на вече о том, что сделал Вильгельм, и его тело останется в лесу, не захороненным. Он не достоин этого. Ты не понимаешь?
- Феофил, - мальчишка опустил глаза, - Он ведь и так сам наказал себя. Сколько ему было? Шестнадцать?
- Но он подонок. Почему ты его жалеешь?
- Кто знает, кто из нас завтра окажется в такой же петле? Кем я был в твоих глазах вчера вечером?
