Анахель улыбнулся, он моргнул и невольно осмотрел тело девушки напротив, лицо его побледнело, а лоб покрылся холодным потом. Легкий халат прилип к телу от пота, накрывая прекрасные, манящие изгибы девушки напротив. Изящные, хрупкие на вид плечи которые были выгнуты в прямой осанке. Выпирающие груди, на которых было красивое нижнее белье бежевого цвета, упругий подтянутый животик, к которому прилип халат, просвечивая отдельные участки кожи. Так же был виден край трусиков, и упругие гладкие бедра, с коленками, а голени были подмяты под тело. Под халатом хоть и было нижнее белье, но оно только усиливало эффект произведенный от мокрого халата прилипшего к телу.
Нервно сглотнув, Анахель протараторил:
— Спасибо за помощь, можешь не сомневаться, бутылка будет твоей, я не нарушу обещания! Прощай! — Поспешно выпалил Анахель и сбежал, хоть и хотел остаться подольше.
Лайма приподняла бровь от недоумения, а потом её глаза опустились на её тело. Девушка хотела закричать, но сдержалась, её лицо вспыхнуло красным румянцем от смущения, руки накрыли глаза, а сердце учащенно стучало в груди. Если бы Анахель остался глазеть на неё, она, наверное, порубила бы его на части.
Анахель не мог уснуть, так же как и заняться медитацией. В голове его возникал один и тот же манящий образ каждый раз, когда он закрывал глаза, а на лице всплывала глупая улыбка.
Вся ночь прошла в беспокойстве, сначала он был счастлив, увидев так много невиданного доселе. Потом пришло беспокойство, что если он смутил и разозлил Лайму, что если теперь она будет жить с вечным позором. Дальше был страх, что теперь его убьют, или того хуже — кастрируют.
Глупые мысли роились в неопытной голове Анахеля, и каждая последующая превышала по глупости предыдущую, всю ночь он вертелся и кружился в постели. Пока его голову не остудил звон колокола тревоги, это не был колокол, который был на самом верху здания барона.
Звон мог означать только одно. С поразительной скоростью, Анахель начал выбегать из здания попутно он одевался в доспех, на бегу надевая части доспеха, и уже около стены вешая на пояс и на поясницу свою пару клинков. Он проделал всё крайне быстро, быстрее только вылетели глупые мысли из головы, перед предстоящей битвой голова его была сосредоточена на одном, и ни одна посторонняя отвлекающая мысль не могла забраться в голову воина. Характер Анахеля перед битвой кардинально менялся, как и у многих других воинов, те, кто не могут отчистить голову от посторонних мыслей и сосредоточиться на битве — погибают первыми.
Анахель так и не смог отдохнуть, после прорыва души у него ужасно болела голова, к тому же сам прорыв был стрессовый, и лишь немного отдохнув, его вызвали на частное собрание, после которого он так же, не отдохнув пошел к Лайме, перед этим лишь покупавшись. И сейчас, ужасно уставший, сонный и с головой, которую раздирает ужасная боль, он должен идти в бой, который точно не закончиться быстро.
Он положил руку на шею, и повернул голову на бок, хрустнув позвонками и хищно улыбнувшись, он приготовился к битве.
Краем глаза он видел и других бойцов, которые бежали к вратам города, большинство уже было в доспехах, но были такие как Анахель, одевающиеся на бегу. Встретившись с товарищами, он взобрался на стену, и перепрыгнул через неё, ведь обязанности «Опустошителей» были в защите врат ведущих в город.
Группа бойцов уже построилась в боевой порядок, и приготовилась к битве, кровь кипела, а дыхание было ускоренным, в преддверие битвы.
Стоящие на стене уже натянули на тетиву луков стрелы, арбалеты были заряжены и готовы к стрельбе. Лайма так же поднялась на стену, стоя рядом со своими соучениками, она выглядела серьезной и сосредоточенной. Она уже переоделась, и голова её была полностью готова к битве, но он не удержалась от выстрела взглядом на бойца «опустошителей» шлем которого был с одним рогом. Глянув, на него она лишь фыркнула, и полностью сосредоточилась на предстоящей битве.
В лучах восходящего солнца была видна темная расползающаяся тень, которая со временем детализировалась, вырисовывая орду морских тварей, которые хотели подойти незамеченными, но когда поняли, что они были раскрыты — взревели, и со всей яростью помчались вперёд, так же распаленные и жаждущие крови. Среди наступающей орды были самые разные твари, множество гуманоидных тел скрещенные с чертами морских обитателей продвигались, абсолютно голые, без половых признаков, брони или оружия. Отдельно от них в глаза бросались твари не похожие не на одного стандартного обитателя моря, вроде акулы кальмара или ещё кого. С вытянутыми телами, которые напоминали человеческие, вытянутыми конечностями с острыми когтями и бугрящимися канатами туго перетянутых мышц, вытянутыми черепами с пастью полной острых зубов, и плавниками которые пересекают тела тварей, кожа морского народа была гладкой и скользкой, и с жабрами по бокам от шеи.
