– Господи, – пробормотал Трейси, – этого же хватит для... – Он поднял глаза на Туэйта. – Ты хочешь сказать, что все уже в руках полиции?
Туэйт отрицательно покачал головой:
– Это-то меня больше всего и пугает. Утром мое подразделение прочесывало доки, – поэтому я не мог тебя встретить и прислал в аэропорт Уайта. Мы обыскали судно, «Нефритовую Принцессу», которое прошло по маршруту «Гонконг – Сингапур – Макао». И ничего. Посудина пуста, как свисток боцмана.
– Паршиво, – нахмурился Трейси, – действительно, очень паршиво.
– Я понимаю, о чем ты, – кивнул Туэйт.
Лорин перевела взгляд с одного на другого:
– А я не понимаю. Может, кто-нибудь из вас возьмет на себя труд и объяснит мне, в чем, собственно, дело?
Трейси повернулся к ней:
– Это означает, что Макоумер по-прежнему опережает нас как минимум на шаг. Он затопил контрабандный груз.
– Но для кого же он предназначался? – подняла брови Лорин.
Возникла долгая пауза.
– А на этот вопрос, – произнес наконец Трейси, – мы должны заставить ответить Макоумера. Но, судя по этому списку, могу сказать, что данный набор вооружений применяется в боевых действиях, с которыми и я, и Макоумер отлично знакомы.
– Конкретнее, – потребовал Туэйт. Последние несколько минут он испытывал чувство, словно все вокруг проваливается в какую-то бездонную пропасть. Сердце его билось учащенно не только потому, что дело шло к решительной схватке: на карту, как выяснилось, было поставлено значительно больше, чем можно было предположить.
– Конкретнее? – переспросил Трейси. – Что ж. Данное вооружение подбиралось для немногочисленной диверсионной группы. Где в данный момент она находится и каково ее задание, сказать не могу. Это известно только Макоумеру. Но я знаю его и предполагаю ход мыслей этого человека. В те дни он был ярым приверженцем тактики так называемых «подставок», или, проще говоря, искусного введения противника в заблуждение. Если ему это удавалось, он снова использовал «подставку» до тех пор, пока не прокалывался. Через какое-то время все начиналось снова.
Увидев их недоуменные взгляды, Трейси пояснил:
– Я думаю о том, как он организовал «покушение» на Готтшалка. А что, если он планирует задействовать эту диверсионную группу после того, как Готтшалк станет президентом? Вы можете себе представить всю меру народного восторга, когда Готтшалк проведет успешную акцию по захвату этой группы? И, поверьте мне, если за спиной террористов стоит Макоумер, в последнюю минуту Готтшалк будет точно знать, каким образом их следует нейтрализовать. Но не раньше, чем средства массовой информации доведут население до полной истерии.
– Боже, – ужаснулся Туэйт, – после этого он же сможет вытворять все, что угодно, у него будут развязаны руки!
– Особенно, если, как мы и предполагаем, в законодательных органах Америки есть верные ему сенаторы и конгрессмены, которые окажут ему всяческую поддержку, – Трейси размышлял о плане этой операции, о согласованности всех действий, о денежных средствах, необходимых для проведения этой беспрецедентной акции. Мысль о том, что он и его «Операция Султан» были повернуты в совершенно ином направлении и обеспечили финансовую базу для этого международного кошмара, наполняла Трейси презрением к политической системе Америки, которая видела в чудовищном замысле Макоумера лишь средство получения колоссальных прибылей.
Секреты, как он прекрасно знал, имеют тенденцию рано или поздно взрываться, погребая всех под своими обломками. А такие секретные организации как, например, Фонд, многократно увеличивают как опасность подобного взрыва, так и его разрушительную силу. Ибо чем выше степень секретности, тем слабее реальный контроль. А это означает, что шансы на то, что все пойдет наперекосяк, возрастают. Достаточно вспомнить, что произошло в марте 1969 года в квадрате 350.
И еще внутренний страх, мой страх, подумал Трейси. Он знал Макоумера как чрезвычайно хитрого и коварного человека, но реальность оказалась значительно страшнее, чем он мог предположить. Схема построена просто гениально, замысел мог иметь такие невообразимые последствия, что Трейси пришел к однозначному выводу: Макоумера надо остановить немедленно. Полиции это не под силу, у них нет веских доказательств. Он снова прокрутил в голове весь план, прикидывая, что следует предпринять и чем можно пожертвовать.
Трейси глянул на Лорин и почувствовал, как защемило сердце: как же она красива! Он старался запомнить линии скул, глаза, блестящие волосы, словно видел ее в последний раз.
И затем Трейси приступил к разработке своего плана, для начала рассказав, что обнаружил в досье из архива Фонда.
