А Светлова предвкушала. Ей было понятно, что Тоня Семенова знает немало. И чем больше Анна вспоминала детали своего прошлого посещения четы Семеновых, тем более досадным ей казалось, что она в прошлый раз так и уехала от них, не добравшись до настоящей информации, способной пролить свет на эту историю.
И Светлова, уверенная в том, что денежное подношение подействует, готовилась к удивительным откровениям.
Но самым большим откровением для Светловой оказалось то, что деньги ей не понадобились.
Подкуп не состоялся.
* * *Тоня Семенова, разумеется, «имела в виду» всех своих соседок… Осуждают они ее, видите ли! Посмотрели бы на себя.
А если бы им «в подоле» такого ребеночка принесли?
Всякими разговорами о жалости да совести пронять Тоню было трудно.
Ну, не могла она взваливать на себя такую обузу!
Сын Женька им с отцом ничего не оставил, хотя деньги имел немалые. Да все ушло сквозь пальцы: и самого нет, и они с отцом остались под старость голью перекатной.
Получается, что остался им в наследство от Женьки только этот урод, которого Люська родила. Тоже Женечка.
Маленький сморщенный гном.
Тоня представила уродливое тельце, покрытое язвочками, и поежилась. Обычно она старалась не вспоминать мальчика.
Неприятно Тоне было — плевать на соседок! — что сын Женька никогда ей не снился.
Сведущие люди говорили:
— Обиделся он на тебя. Не хочет приходить проведать.
* * *Обычно Тоня успокаивала себя такими рассуждениями: как от ее Женечки мог родиться такой урод?
Не мог. Никак не мог!
А раз родился, значит, Люська шалава.
Но, несмотря на эти категорические рассуждения, у Тони Семеновой было и подозрение, и объяснение, как все-таки у ее сына мог уродиться такой страшный гномик…
Однако думать обо всем этом Тоне Семеновой было невыносимо тяжело. Потому что есть вещи, в которых никому нельзя признаться, — и особенно самому себе.
Когда-то в молодости, когда ее сын Женя еще лежал в колясочке, Тоня Семенова нарушила один запрет по обычной российской привычке плевать на всякие правила и запреты.
Всем известно, что, если на пляже, например, объявляют, что купаться нельзя, потому что в воде могут быть вредные бактерии, через пять минут все, кто загорает на пляже, — будьте уверены! — уже будут плескаться в воде. Это весьма загадочная черта русского характера, но на ней многое построено в нашей жизни. А сколько анекдотов родилось на подобную тему!
Конечно, Тоня знала о существовании запрета. И ей не надо было брать коляску с собой на работу. Это тоже категорически запрещалось!
Да и само место Тониной работы, «контора» эта — несколько комнат на третьем этаже серого здания! считалась в городке, где она в молодости жила, местом нехорошим. Никто толком не мог объяснить, что там происходит.
Но молва, как известно, на пустом месте не появляется.
