Украинский национализм имеет достаточно продолжительную историю, начавшуюся задолго до распада СССР и, тем более, задолго до Евромайдана. Однако именно после националистического переворота в Киеве, когда крайне правые украинские националисты пришли к власти и развязали войну против собственного народа, фашистская сущность этих сил проявилась во всей полноте.Нашим современникам, уже подзабывшим историю украинских пособников гитлеровской Германии, сжигавших Хатынь и заваливших трупами женщин и детей многочисленные «бабьи яры», напомнили о ней добровольческие батальоны украинских фашистов. Историю одного из таких батальонов, «Азова», за которым тянется грязный след уголовщины и политического террора, и написал политолог и журналист Алексей Кочетков.
Со дня провозглашения независимости Украины прошло более четверти века. Когда 24 августа 1991 года тысячи украинцев восторженно приветствовали принятие Акта провозглашения независимости Украины, им казалось, что страна вступает в новую эпоху, в которой будут решены все социальные проблемы и перед гражданами страны откроются принципиально новые жизненные возможности. Новая эпоха наступила. Но она оказалась совсем не такой, какой виделась тогда, в самом начале 1990-х годов.
Сегодняшняя Украина — это, прямо скажем, не совсем состоявшаяся страна (failed state, как говорят американцы), возглавляемая богемой в лице комического актёра и находящаяся в состоянии глубокого экономического, политического, духовного и психологического внутреннего кризиса. И этот кризис имеет системный характер. Его внешние социально-экономические, межнациональные, культурные проявления являются следствием глубинных процессов, связанных в первую очередь с положением страны в системе мировой капиталистической экономики и геополитики.
В 1991 года основные надежды большинства украинского общества связывались с разрушением советской социально-политической системы и переходом к капиталистическому пути развития. В этих надеждах украинцы не были одиноки: так или иначе их разделяло большинство граждан бывшего СССР. Либеральная пропаганда перестроечных времён смогла создать из капитализма «прекрасную иллюзию», при помощи которой происходило разрушение советского государства и, по сути, Русской цивилизации. Суть этой иллюзии сводилась к тому, что как только осуществится переход к капитализму, в стране сразу же, словно по мановению волшебной палочки, начнётся эра изобилия и процветания. Все проблемы мгновенно будут решены, а Запад станет другом России, Украины и других постсоветских государств на все времена.
В действительности никто на Западе ни Россию, ни Украину, ни Белоруссию, ни другие страны постсоветского пространства с распростёртыми объятиями не ждал. Никто не собирался предоставлять странам СНГ места в центре экономической системы, попутно делясь собственными доходами и преференциями. Единственная роль, которая была уготована этим странам, это — роль сырьевых придатков, обслуживающих интересы экономического центра. В соответствии с такой ролью единственное, что требовалось от России и Украины — это бесперебойно поставлять сырьё и рабочую силу на Запад. При этом развитие социального и культурного сегментов общественной жизни представлялось некой избыточной, ненужной задачей, не соответствующей принципам экономической рациональности. Тем более ненужным виделось развитие каких-либо высокотехнологичных производств на постсоветском пространстве: ситуация острой экономической конкуренции болезненно относится к появлению новых экономических субъектов. В условиях такой конкуренции Запад планировал введение экономических и политических ограничений в отношении новых капиталистических стран, которые ставили большой жирный крест на каких-либо перспективах их дальнейшего развития. Всё, что Запад готов был сделать для этих стран — это наполнить их потребительские рынки своими собственными товарами, стимулировав, тем самым, собственную экономику и разорив экономики местные.
Как отмечал ещё в XX веке Иммануил Валлер-стайн, один из самых крупных исследователей мировой капиталистической системы, экономический центр этой системы живёт за счёт жёсткой эксплуатации экономической периферии, роль которой играют развивающиеся страны. Странам СНГ и отводилась роль такой периферии: их экономическое положение должно было быть низведено до уровня государств третьего мира. Данный вектор развития событий не связан с доброй или злой волей отдельных политиков. Он производен от глубинной логики экономических процессов, проходящих внутри системы, и, вследствие этого, формирование такого вектора оказывается неизбежным.
В России благодаря проведению гайдаровских реформ «суть времени» осознали достаточно быстро. Результатом переоценки ценностей стал новый экономический курс, к которому страна стала постепенно переходить с начала 2000-х годов. На Украине ситуация развёртывалась по другому сценарию.
Украинская экономика в постсоветский период сохраняла относительную стабильность. Отчасти это было связано с удачной экономической конъюнктурой, позволявшей, например, наладить экспорт металла в Западную Европу и, благодаря этому, стимулировать собственную экономику. Но главная причина такой стабильности — в тесных связях с Россией, которую украинское политическое руководство часто рассматривало в качестве страны-донора, а руководство России, в свою очередь, вынуждено было мириться с таким положением по политическим причинам.
