Об этом мне прабабка, еще когда была жива, рассказывала. Она у меня была из деревни, в деревне и жила до последнего, а к нам переехала, когда уже просто свалилась. В буквальном смысле слова, упала на огороде и подняться не смогла.
Пришлось дом закрыть, скотину отвезти к бабке, а мы с мамой полгода ухаживали за прабабушкой. Пока она не ушла…
При этом мозги у нее оставались ясными, историй она знала много, и в том числе рассказывала про нечистую силу. Мне тогда лет двенадцать было…
Как она объясняла, чтобы нечисть увидеть, надо не в лицо смотреть, а так вот, словно бы искоса, исподволь, даже не как глазами стреляют, а сосредоточиться на одном предмете, но вроде как смотреть рассеянно. Тогда зацепишь.
И меня вдруг повело. Я увидела… наверное, ауры?
Я отчетливо видела ореолы вокруг всех присутствующих, вокруг вещей и приборов, вокруг банок с уродцами… Где-то свечение было ярче, где-то глуше, разных цветов и оттенков, но не сливающееся в единое облако.
Ауры? Да, похоже…
Орать на весь кабинет я об этом не стала. Ни к чему. Если я правильно понимаю, тут высокая насыщенность магией, вот меня и «пробило». Но может, другие их уже видят? С детства?
А я тут буду орать, как самая лысая? Ни к чему!
А вот разглядывать людей стало интересно. Кстати, у Далии аура была небольшой, достаточно прозрачной, и в ней четко выделялись словно бы ниточки более яркого оттенка. Каналы, про которые говорил ректор?
Основным цветом у нее был светло-зеленый, но встречались и пятна красного цвета, и желтого, и даже лилового.
Красиво? Сложно сказать. Вроде бы и неплохо, но что-то в ней есть неправильное. Как прыщ на носу.
А ректор?
Я пригляделась к красавчику, то есть постаралась посмотреть искоса, и вздрогнула от неожиданности.
Красное, бурое, черное, коричневое…
Неприятно. Противно даже… и за этой аурой даже лица его не видно.
– Далия, а можно где-то взять книгу про ауры? Интересно же… ну там, каналы, источник, окраска…
– В библиотеке, наверное. А зачем?
Я удивленно посмотрела на девушку:
– Как – зачем? Тебе вот сказали…
– Так это по приборам все определяется. Зачем еще копаться?
М-да. Действительно, девушке магия не нужна, девушке нужно замуж.
– Ваш вопрос интересен, таэра Лискина, но бесполезен, – отвлекся от очередного страдальца ректор.
– Бесполезен? – удивилась я.
– Каждый маг, в том числе и я, скрывает свою ауру. Вы попросту ничего не разглядите.
Правда? А почему я тебя вижу?
– А обычные люди?
– Покупают специальные амулеты или артефакты. Так что и у них вы ничего не увидите.
Я кивнула.
Вопрос – как и что увидела я – лучше оставить за кадром. Что-то мне подсказывает, что свои способности лучше пока не обнародовать. Целее буду.
На физкультуру надо было переодеваться.
Не в платье ж бегать? Лосины выдали? Толстовку? Вот и вперед! Не родной же костюмчик гробить? Я на такое несогласная! Так что…
И здесь нас обогнали!
Наша раздевалка – это скученность, толкотня, запах пота и грязных носков, лавки, о которые вечно рвешь колготки, плохо покрашенные стены…
Кто был – тот поймет.
А еще бывает, что в раздевалках делают душ. Тогда еще сырость добавляется, вода подтекает и мокрицы ползают.
Здесь все было иначе.
Далия показала мне на дверь кабинки:
– Это разделенное пространство. Оно у каждого свое, дотронься до ручки… вот так. Теперь туда никто, кроме тебя, не войдет. И вещи можно оставлять…
Хм. Это еще вопрос. Но внутрь я вошла.
Далия скользнула в соседнюю дверцу.
Внутри кабинка. Не слишком большая. В углу – душ. Такой, аккуратный, с поддоном. Но я в нем помещусь. Рядом с душевой кабинкой – вешалка. Под ней – кресло.
Раздевайся, вешай одежду, ополаскивайся, одевайся в спортивное и выходи. И наоборот тоже. Мне нравится.
Разделенное пространство, говорите? Хм… страсть к экспериментам была неистребима. А если приглядеться… ну, на ауру?
Я прищурилась. Переплетение каких-то нитей, линий, цветовых пятен… может, зарисовать?
И вдруг…
– Далия, милая, я все понимаю, тебе тяжело сейчас.
– Да, Адди!
– Но это необходимость. Род требует от меня жертвы.
– Но почему от тебя?! И такой?!
И сколько трагизма в голосе! Сколько отчаяния!
– Потому что я подхожу по возрасту. И не женат.
– Ах, Адди…
– Далия, это всего на пару лет. Ну, года на три. Потом я получаю свободу, и мы с тобой женимся.
– Ах, Адди! Если бы это был хоть кто-то симпатичный! А эта жуткая жирная жаба…
Та-ак…
– Это даже лучше! Никто и не подумает, что я с ней по любви! Все поймут правильно!
– Адди, когда я представляю вас вдвоем, мне становится дурно.
– Мне тоже, Далия. Но во имя рода…
Сколько пафоса! Ах ты ж козел…
– Да… во имя рода…
– Потерпи немного, дорогая. Мы еще будем вместе…
Вздох с одной стороны. Вздох с другой стороны.
Нет повести печальнее на свете… чем повесть о закрытом туалете! Да чтоб вас там заклинило враспорку!
Увы, как только я разозлилась, я и ауры видеть перестала, и звук больше не слышала, и злость моя никаких последствий, увы, не имела. Ничего заклинить мне не удалось.
Но на физкультуру я пришла в самом мерзопакостном настроении.
Ну, держитесь, хомячки.
Жаба, говорите?
А я ядовитая! И королевских размеров! И я к вам иду…
