— Да, основное торжество будет вечером, после ужина, — ответила Лея, так же, как и я, оглядывая зал и гостей. — Танцы, интересные беседы и праздничный фейерверк, вот что подразумевает под собой официальный прием.
— Серьезно все, — согласилась я, наткнувшись на взгляд Алатара. Тот, как раз разговаривал с разноцветной троицей, но как только его взгляд встретился с моим, он сразу же направился к нам.
Извинившись перед Леей, я выдвинулась навстречу и застала мужчину на полпути ко мне.
— Поговорим? — затаившаяся, тлеющая как уголь злость, вновь вспыхнула внутри меня.
— Прошу, — предлагая опереться на его локоть, Алатар, явно был мазохистом. Ведь знал, что сейчас меня прорвет, знал и снисходительно ухмылялся.
Мы чинно и благородно шли сквозь гостей, здороваясь и обмениваясь любезностями с каждым встречным поперечным, и наконец, добравшись до дверей, вышли из залы.
— Не здесь, — только я было открыла рот высказать все что думаю, дракон, наглым образом, схватив меня в охапку как ручную кладь, понес прямо по коридору.
— Можно, начинай, — зайдя в первую попавшуюся незнакомую мне комнату, Алатар поставил меня на пол, но отдалятся не спешил.
Видимо, он не только мазохист, но еще и смертник.
После его "начинай", меня понесло.
— Как это понимать, а? Почему, среди женихов те, кто никогда не станет идти против тебя? Все продумал? Всех подговорил? А Танат этот, ты вообще знал, что он сестру одну твою лишь видит?! Конечно, знал! Иначе, не было бы его здесь! — я не просто возмущалась, повысив голос, я выкрикивала каждый свой вопрос, каждое утверждение так, что казалось, меня должен был слышать не только дракон, но и весь остальной свет.
— Все сказала? — спокойно поинтересовался он, взирая на меня сверху вниз. — Тогда, я отвечу. Все те, кто кроме меня, был тебе сегодня представлен в роли женихов — наследники своих родов и гнезд, а значит, самые сильные и лучшие представители своей ветви. А раз так, они здесь, как и я, по праву сильнейшего. То, что Фальк, Огнес и Рем мои друзья, лишь совпадение, и только.
— Я не верю в такие совпадения, ты все подстроил и ведёшь сейчас…с…с…тную игру, — в прямом смысле прошипела я, с ужасом осознавая, что опять началось.
Я чувствовала во рту раздвоенный, как у змеи язык.
— До возмущалась? — спокойно спросил меня Алатар, наблюдая, как я руками закрыла свой рот и теперь гляжу на него круглыми глазами. — Открой рот.
Отрицательно помотала из стороны в сторону головой, даже не думая подчиниться. Хотя, подсознательно, помнила о том, что дракон выступал отличным медиатором, когда мне нужно было успокоить свои животные порывы.
— Как знаешь, — довольно осклабился он и быстро нырнул своей рукой мне на голую спину, туда, где кончалась поясница и начиналась моя округлая…
— Ты обалдел?! — рот я все-таки открыла, чем и воспользовался дракон. Притянув меня к себе лапающей конечностью, впечатал в сильное жёсткое тело и наклонившись, глубоко поцеловал.
Дернулась, разрывая поцелуй и даже не задумываясь, что творю, влепила зарвавшемуся дракону пощечину.
У того, даже голова в сторону не дернулась, а я отбила себе всю ладонь, которая теперь, ужасно горела и ныла.
— Не смей больше прикасаться… — договорить я не успела, секунда, и меня резко развернули к мужской спине и прижали лицом к двери. А потом, самым постыдным образом, легонько шлепнул пониже спины.
— Я буду касаться. Буду целовать и трогать тебя так, как этого желаю, и, как желаешь ты сама, — вдавив меня в себя и буквально обволакивая со всех сторон, прошептал мне на ушко Алатар. В подтверждении своих слов, он резко развернул к себе мое лицо, приподнимая, чтобы в следующую секунду, жестко поцеловать.
Полумрак комнаты, сбившееся дыхание и прикосновения мужчины, сделали свое дело.
Когда тебя так откровенно хотят, так неистово желают — трудно устоять и не поддаться соблазну.
Алатар ласкал мой рот без всякой нежности, сильно и властно врываясь языком внутрь, тем самым, утверждая свое право на прикосновение.
Зацелованная, оглушенная жаркой истомой, что терзала меня изнутри, не смогла сдержаться и чувственно застонала в его рот, когда дракон второй рукой сжал одно из округлых полушарий груди прямо через ткань платья.
— Моя темпераментная девочка, — рыкнул он мне в губы, перемещая свои поцелуи вниз, на нежный изгиб шеи.
— Так нельзя… Так не может быть… — судорожно выдохнула я, не понимая, почему мне так хорошо в объятиях этого мужчины, так сладко от его поцелуев и так томительно горячо и больно внутри!
— Только так, и можно, только так, и должно быть! И никак иначе, — прошептал он, лаская мою грудь уже двумя руками.
Боги, остановите кто-нибудь это сумасшедшее безумие!
Я уже не в состоянии этого сделать сама.
Сейчас, мне хотелось лишь одного — унять терзающий мою плоть огонь и утолить жажду страсти между мной и ласкавшим меня мужчиной.
— Да, что такое-то! — как гром среди ясного неба прозвучал чей-то недовольный голос из-за двери к которой меня так бесстыдно прижали. Мало того, ее попытались открыть!
