Она согласилась.
А через неделю, после нашего разговора, мой дракон словно взбесился.
Рвался к ней так сильно, что казалось, прорвет грудину и выскочит наружу.
Я был ошеломлен такой бурной реакцией, и на тот момент, совсем не задумался о том, почему так остро стал на нее реагировать, ведь раньше, в сторону Дерии от зверя, я ощущал, лишь холодное безразличие.
Как итог, ждать долго не стали, и уже через три дня, собрав пышную церемонию на брачном утесе, при свидетелях и богах, клялись друг другу в вечной любви и верности.
Тогда-то, все и вскрылось.
Дерия, оказалась не той, за кого себя выдавала.
Мечтательная, всегда улыбчивая, добрая девушка, вдруг превратилась в коварную расчетливую стерву.
Ее план был прост.
Влюбить меня в себя, родить наследника Чернокрылого гнезда, и от его имени, править всеми драконами.
Маленькой девочке, вдруг, захотелось власти, ее не устраивало то, что наше гнездо имеет больше полноправных привилегий, чем ее. Не нравилась ей и политика затворничества нашей расы, ведь, по ее мнению, традиции и устои, что много веков хранили и оберегали наш народ, давно устарели. Именно из-за них, мы сейчас, неполноценные, проклятые человеческой расой нелюди.
Ей почти все удалось, даже моего зверя к ногтю прижать смогла.
— Погоди, как ей удалось повлиять на твоего зверя? — перебила я его, — мне только сегодня, мастер Эрат говорил о том, что без драконьей крови, любое магическое вмешательство невозможно.
— Это верно, но Дерии удалось достать мою кровь, причем отдал я ее, не задумываясь и добровольно, — ответил Алатар, пояснив: — Драконы, не цепляются за невинность девушки, как люди, и к постельным отношениям до брака относятся положительно. Во время близости, мы не сдержанны, раскованны, и весьма страстны. В порыве чувств, совершенно нормально расцарапать или укусить своего партнера по сексу.
— Избавь меня от подробностей своих половых игрищ с "идеалом совершенства", — фыркнула я, чувствуя, как в груди засвербело от слов мужчины.
— Ревнуешь? — пророкотал он, потеревшись как кот, подбородком о мою макушку.
— Не льсти себе, — прищурившись, ответила я, никогда не признаюсь тому в том, что он прав.
Да, я действительно ревновала Алатара к какой-то там огневолосой бестии. Слава богам, давно почившей.
— Я тебя понял, — довольно улыбнулся он, крепче сжимая меня в своих руках.
— Дальше, что было? — буркнула я, надеясь, больше не услышать подробностей о прошлой интимной жизни бывшей парочки.
— А что дальше… То зелье, что она изготовила при помощи черной магии и моей крови, еще недолго бы терзало меня и моего дракона. Если принимать его каждый день, то через несколько месяцев ты сойдешь с ума от наведенной страсти и жажды обладания. Ей, как раз хватило бы этого времени забеременеть. Избавившись от меня, ее сын или дочь стали бы первоочередными наследниками гнезда Черных драконов.
— Но твой отец не выглядит больным или старым, она что, готовила переворот? — недоуменно спросила я Алатара, не совсем понимая их порядка наследования.
— Как только старший наследник в роду женится, то он автоматически становится правителем гнезда. Это непреложный закон. Мой отец будет обязан снять с себя все полномочия и передать их мне. Поверь, он этого ждет уже очень давно.
— Как у вас тут все сложно, — протянула я, — а если наследник мал, от его лица правит…
— Опекун, — закончил за меня мужчина, — да, все так.
— Почему же у Дерии ничего не вышло?
— Потому, что нужно знать свои "устаревшие" традиции и обычаи, — дернул уголком рта Алатар, — при ритуале соединения двух драконов, жрец дает испить молодоженам из чаши предков. Раньше считалось, что там особый напиток, способствующий укреплению и усилению чувств влюбленных, но оказалось, что это не совсем. Этот напиток снимает любые наведенные чары, полностью, обнажая чувства друг перед другом. Будущие супруги, видят друг друга насквозь.
Вот я и увидел.
Откат от зелья был настолько велик, что я с трудом удержался на ногах и чуть не канул в пропасть вместо Дерии.
Поняв, что только что произошло, чуть не задушил невесту собственными руками, но боги, сделали грязную работу за меня.
Она так яростно и громко выражала свое недовольство мной и драконами в целом, рассказывала, какие мы ущербные и жалкие, что не заметила край и сама сорвалась вниз. Не было бы проклятья, смогла бы выжить и возможно, сбежать, а так…
— По заслуге, и награда, — мрачно сказала я, прижавшись к груди Алатара, а напротив моего уха размеренно и сильно билось живое драконье сердце.
— С тех пор, женщины для меня, лишь удовлетворение плотской жажды, не более, правда, до недавнего времени — произнес Алатар, а потом, приподнял мою голову рукой за подбородок. — Сейчас, меня опять терзает огонь наваждения, вот только на этот раз, он настоящий, — после чего, медленно, давая мне шанс отвернуться и сбежать, наклонился к моим губам.
Я не сделала ни того, ни другого.
Замерла, в волнительном ожидании, чувствуя, как быстро и сильно бьется мое сердце, разгоняя по венам обжигающее пламя.
Поцелуй не заставил себя ждать.
