- Кровавая коса Йоми... - пробормотала она, плюхаясь на стул. - Теперь у него целых четыре секирей... - и достала сигаретку, прикурив. - Я должна вытащить его из этого, пока все не скатилось в полнейшее дерьмо... - и выдув большое облако дыма в помещение, добавила, с безумием бормоча. - Я убью Минаку, если хоть что-нибудь случится с моим сыном или дочерью...
***
На следующий день.
Открыв глаза, Минато встретился с парой грудей прямо перед лицом - чуть ли его не касающихся. "Похоже, Казехана спала хорошо..." - подумал он со вздохом и отметил дополнительный вес, ощущаемый на теле.
Йоми лежала на его правом бочку, в то время как Акицу расположила голову на его бедре - можно было заметить маленькую замороженную дорожку слюней, проходящей в месте касания ее лица и тела Минато. Он провел рукой по макушке ледяной секирей.
- Утро, Карасуба, - произнес он с небольшой улыбкой, заметив внимание смертоносной.
- Утречка... - потянулась она, использовав его плечо в качестве подушки. - Значит, ты где-то прихватил парочку секирей, пока отсутствовал... - и с укором указала жестом на двух спящих женщин.
- Ага, - сказал он, видя, как Акицу спросонья потерлась лицом об его руку от прикосновения. - Прости, что вернулся так поздно... - извинился Минато. - Я не мог просто взять и оставить этих двоих на произвол судьбы и совершить то, чего они, вероятно, не захотят сделать добровольно, - в этот момент он глядел на Йоми, которая улыбалась во сне.
- Значит ли это, что мы должны делиться тобой с другими? - надулась уже проснувшаяся Казехана и посмотрела на своего ашикаби поверх своих аппетитных холмиков, чуть убирая часть их с его лица.
- Да, так и будет... - он поцеловал ее в лобик. - Я буду относиться ко всем вам одинаково и буду любить до того дня, пока не умру... - он в очередной раз поклялся себе.
Неожиданно раздался смех Юмэ и затем слова:
- Ты не можешь удержать его одна, Казехана.
- Знаю... - вздохнула ветряная секирей, глядя на двух более молодых новых спутниц ашикаби. - Почему эта "брошенная" с тобой? - спокойно спросила она, без злого умысла - имея в виду Акитцу.
- Я нашел ее в парке, - отозвался Минато, пока Казехана устраивалась поудобнее - сев на его коленях. Он пощекотал ее спинку и продолжил. - Она сидела одна на скамейке в парке в одном окровавленном халате поверх ее плеч...
- И ты все равно приютил ее? - подняла бровь Карасуба, глядя на Акитцу.
- И это говорит мне женщина, способная убить меня с помощью пальцев? - шутливо перекинул тему Минато.
Карасуба довольно усмехнулась, выгибая спинку:
- Точно.
Далее четверо выслушали рассказ Минато и что с ним произошло прошлой ночью. Они не были особо поражены тем, как Йоми отреагировала на него.
- Значит, она - секирей стихийного типа, да, - Казахана посмотрела на спящую Акицу и грустно добавила. - Должно быть, ей не сладко пришлось...
Минато кивнул.
- Это правда.
Неожиданно Йоми издала стон и открыла глаза. И протерев их, посмотрела на своего ашикаби и заметила остальных секирей... По-видимому, вчера ночью она либо не обратила на них внимание, либо не разглядела их лица. Теперь же, увидев их в воочию, она быстренько выбралась из теплого и насиженного местечка и попятилась - в страхе широко раскрыв свои фиолетовые глаза, пока не уперлась в стену.
- Ой ли я таки страшная? - Карасуба оскалилась дрожащей девушке.
- Ты... тоже Секирей Минато-самы? - боязливо вопросила она.
Юме кивнула с улыбкой за Карасубу и приблизилась к молодой секирей:
- Все в порядке, младшая, - стала она успокаивать, положив руку той на плечо. - Мы все здесь за одно... - и дружелюбно улыбнулась.
Йоми кивнула, но очень нерешительно.
- И я уверен, что Карасуба будет хорошенькой девочкой, - улыбнулся уже Минато, ощущая всеми фибрами души, как владелица нодачи двояко смотрит на него: вроде и с нежностью, но еще и с угрозой.
В этот момент затаившаяся Акицу решилась заговорить.
- Доброе утро, Минато-сама, - произнесла она и неловко уселась.
А Йоми в то время чувствовала себя такой маленькой и беззащитной по сравнению с остальными старшими сестрами-секирей, которые были много сильнее и опытнее нее...
***
Выглянув из общей комнаты в здании MBI, Беницубаса чихнула. Из одежды на ней ничего не было, кроме розовых боксерских шорт, которые подчеркивали ее хорошо сформированную задницу в форме персика и приятные глазу широкие бедра. Затем она вздохнула, расположив руки на своем маленьком бюсте размера первого.
- Хоть кто-то... - она мечтательно пробормотала. - Страдает так же, как и я...
Но прервалась, так как посторонний ветерок прошелся по ее розовым волосам.
Чужое слабое хихиканье привлекло ее внимание. Розоволосая повернулась к источнику голоса и глубоко нахмурилась.
