- 18+
Дозорное AU для «Ликвидации». Оперативник Ночного Дозора Одессы Давид Маркович Гоцман устраивает облаву на стаю оборотней, охотящихся без лицензии. Однако простое, казалось, дело выводит его на более серьезное преступление, в котором замешаны Темные маги и сильные артефакты, а на следующий день происходит убийство Светлой волшебницы. Вдобавок ко всему в город приезжает маршал Жуков.
В глазах плыло, в ушах звенело, а сердце норовило выпрыгнуть из груди. Гоцман тяжело прислонился к стене и сам не заметил, как сполз на пол. Ощущение было такое, будто его втянули в Сумрак и протащили по всем слоям несколько раз. Волна жара сменилась ледяным холодом, пот, едва успевший выступить горячей испариной, тут же стал холодным и липким, перед глазами плясали разноцветные круги. Губ коснулось что-то прохладное и гладкое. Гоцман сделал глоток и только потом понял, что ему поднесли пить. В первые секунды ему показалось, что он глотнул спирта: пищевод обожгло, в висках застучало, сердце пропустило удар. Однако почти сразу в голове прояснилось, а во рту не появилось привкуса алкоголя. Гоцман понял, что пьет обычную воду. Нет, разумеется, не обычную — заговоренную. Сделав усилие, он опустошил стакан до дна.
— Вот на кой вы сами туда полезли? — зудел над ухом Якименко.
Кажется, большую часть его гневного монолога Гоцман пропустил, а оставшуюся слушать не собирался. Туман рассеивался, хаос в голове обретал некое подобие порядка. Сердце все еще бешено колотилось, но теперь его стук стал ритмичным и не напоминал танец обезумевшего чечеточника.
— Я молодым мозги строю, а вы тут такое откалываете…
— Ша, — раздался негромкий, но твердый голос у самого уха Гоцмана.
Как ни странно, Якименко замолчал, бросил в их сторону недовольный взгляд, махнул рукой и удалился к своим. Гоцман покосился на сидевшего рядом Фиму, все еще державшего в одной руке пустой стакан, другой проводившего короткие пасы. Поймав его взгляд, Фима на секунду замер.
— Шо? Он, на секундочку, прав. Вот объясни мне, шо тебе так медом было намазано в этой псиной берлоге? Зачем ты туда полез вперед паровоза?
Гоцман, конечно, мог бы объяснить, но разве Темный поймет?
Война потрепала всех, кого-то больше, кого-то меньше, но не было такого человека или Иного, кого бы она обошла стороной. А больше всего пострадала страна и любимый Гоцманом город. Одессе, конечно, досталось меньше, чем некоторым другим, но и на то, что сталось с ней, смотреть без слез было трудно. Люди потихоньку восстанавливали город, Иные помогали, как могли. На фоне разрухи и упадка особенно мерзко было наблюдать шайки нечисти, наводнившие город. За годы войны всякой швали развелось видимо-невидимо. Дозорам было трудно контролировать оборотней и вампиров, да и более важных дел хватало, так что низшие Темные вдоволь глотнули свободы. Война закончилась, а толпы нежити, привыкшей жить на широкую ногу, остались. И конечно, они стекались туда, где теплее и сытнее — на юг, в Одессу.
Стаю залетных оборотней Ночной Дозор выслеживал не первую неделю. Своих Гоцман знал всех наперечет, кое-кого даже уважал — герои войны как-никак — и прощал мелкие нарушения. Приезжие — совсем другое дело. Они вели себя нагло, регистрационных печатей не носили, охотились без лицензий, а главное — отбивали у местных территорию, утверждая свое право творить беспредел.
Нынешней ночью, после довольно долгой подготовки, Дозор наконец устроил облаву. Однако все пошло не так гладко, как Светлые рассчитывали. Некоторых оборотней взяли, но один ушел, попутно порвав кого-то из ребят. Гоцману стоило больших усилий, чтобы не придушить беглеца на месте, но раскрытие всей стаи было важнее. В итоге беглец привел его в дом, где оборотни отдыхали в человеческом обличие. Не настоящее логово, но уже кое-что.
Да, Гоцман поступил не слишком разумно, сунувшись в пасть к оборотням в одиночку. На что он рассчитывал? В первую очередь — на внезапность, во вторую — на силу. В конце концов, он — Светлый маг второго ранга, и, на минуточку, боевой маг. Пусть и молодой, по меркам Иных, но уже достаточно опытный, прошедший войну, сражавшийся и умеющий убивать как магией, так и своими руками.
Собственно, оборотни это поняли — что-что, а опасность они чуять умеют — и не рыпались, пока не прибыла подмога. Темное заклятье прилетело Гоцману в спину, когда он сдавал стаю Якименко. Не будь рядом Фимы, неизвестно, чем бы это закончилось.
— Взяли его? — спросил Гоцман, усаживаясь удобней.
— Кого? — уточнил Фима, все еще водя руками у его головы.
— Темного мага, который меня отоварил.
— А не было никакого мага. Только оборотни.
— И шо, оборотни так умеют?
— Я тебя умоляю, если бы они так умели, твой Ночной Дозор давно бы умылся кровавыми слезами.
— Тогда шо это было?
— Это я и пытаюсь понять.
Ну да, Фима его не лечил, он исследовал темное заклятье, поразившее Гоцмана.
***