Но тут он ткнулся лбом ей в плечо, а его спина затряслась от смеха. Он весь завибрировал, и эта вибрация передалась и ей. Тёмные, растрёпанные волосы пощекотали шею вызывая волну дрожи.
– Не загоняйся. – Артур, поднял голову, и в его глазах отразилось веселье. – Красивый эскортник навязался сам, ты не могла отказаться. – Он сделал шаг вперед, под ногами оказался матрас, и Артур медленно стал на него опускаться, настойчиво утягивая её за собой.
Спина утонула в мягком одеяле. Разгорячённое сильное тело нависло сверху, требовательные губы снова накрыли её губы, а пальцы провели полосу от шеи вниз, к животу, и замерли между бёдер. Позвоночник прострелил разряд тока. Келли зажмурилась и выгнула спину.
И в самом деле, некогда загоняться. Абсолютно некогда…
***
…Бешеное сердце стучало даже в ушах.
Грудная клетка ходила поршнем. Боль в плече прошла, будто её никогда и не было.
Артур закрыл глаза, шумно втянул носом воздух и так же шумно выдохнул, стараясь успокоить этот сумасшедший пульс. Келли уже успела скатиться с него, вытянуться рядом на матрасе и сейчас тяжело дышала, глядя в пустоту. Её длинные волосы так и остались на его груди, прилипнув к потной коже. Зря она принимала душ. Теперь наверняка пойдёт туда заново. А во всём виноват этот пуританский халат, под которым не оказалось вообще ничего, даже тоненькой тряпочки. Миг, и предохранитель выжгло.
Артур поднял руку и потёр лицо ладонью. Снова глубоко вдохнул и протяжно выпустил воздух из лёгких. Мышцы начали расслабляться. По телу растекся чистый кайф. Забавный факт: боулинг, в который он не поехал, в паре улиц отсюда. Можно добраться за пять минут. Но как же хорошо, что он выбрал не боулинг.
Просто фантастически хорошо.
Келли тем временем всё-таки сдвинулась с места: повернулась на бок и не спеша поднялась. Оказалась напротив кухонной лампочки, и её тело охватил тусклый ореол света. Падший ангел, не иначе. Артур приподнялся на подушке, заложил руку за голову и не отрываясь проследил, как она, совершенно голая, молча двинулась к шкафу. Бёдра плавно закачалась, рисунок тоже, будто ветер пошевелил ветки в цветах.
Ей нужно чаще ходить раздетой. Нельзя прятать искусство. Сколько же, наверное, времени и терпения ушло, чтобы вот так забить половину себя…
– Ты сама рисовала эскиз? – Артур в который раз скользнул взглядом по этим веткам.
Келли уже успела открыть дверцу шкафа, но обернулась и вопросительно вскинула брови. Кажется, не сразу поняла вопрос. Однако тут же мельком осмотрела себя, и выражение лица стало понимающим.
– Не смогла бы доверить это никому другому. – Она снова отвернулась и принялась изучать полки.
Артур хмыкнул. Конечно, не смогла бы. Если бы он был художником, тоже не отдал бы такую ответственность кому-то постороннему. Идеальная работа.
– Тяжело вообще вот так аккуратно приклеить трафарет на тело? – Он подался вперед, прищурился и переместил взгляд к тонким рёбрам.
Келли быстро вытянула с полки тёмную футболку.
– Я рисовала сразу на коже. Маркером. – Развернула её и влезла в горловину. – Это называется фрихэнд. – Ткань заструилась вниз и скрыла идеальное тело до середины бедра. Жаль. – Мастер помогала только там, где рука не дотягивалась.
– Ты левша?
– Амбидекстр. Ну, по крайней мере, была. – Она пожала плечиком и двинулась к островку кухни. – Раньше разделяла руки для рисования и письма, но сейчас основная нагрузка идёт на левую.
Творческая личность во всех проявлениях. Танцы, рисунок, секс без обязательств… Что еще? Артур обхватил накрытые одеялом колени.
– И больно было? – Он подпер щеку кулаком.
Келли протянула руку к пакету с едой, но вдруг замерла. Натянулась вся, как струна от гитары, и резко повернула голову.
– Что? – Её лицо странно застыло.
Интересная реакция. Не расслышала?
– Забивать такой большой участок тела было больно? – Артур указал подбородком на разрисованную руку.
И она вся будто расслабилась. Или только показалось?
– А, это… – Келли криво ухмыльнулась и зашла за островок. – Да, больно, конечно. Но это не та боль, из-за которой стоит волноваться. В жизни бывает и похуже. – Она принялась выкладывать на столешницу упаковки с давно остывшей курицей. – А что такое? Всё-таки решился набить себе бас в цветочках на бедре? – Стрельнула в него веселым взглядом. – Я говорила, соглашайся.
По комнате поплыл едва уловимый аромат еды. Всё-таки зайти в «KFC» было отличной идеей. Пять баллов себе за сообразительность.
– Я гитарист. Это не одно и то же. – Артур хмыкнул и откинул в сторону одеяло.
– И в чём разница?
Он подобрал с пола джинсы и быстро влез в них.
– В количестве струн, технике игры и назначении. – Замок застёгивать не стал. Бессмысленно. – Бас звучит ниже и задаёт ритм, а гитара создаёт мелодию.
Келли с той же кривой ухмылкой проследила за его движениями и открыла коробку с крылышками.
– Ну… теперь буду знать. – Навалилась на столешницу, взяла одно крыло, а её острый взгляд остановился на свободно болтающейся пряжке ремня.
Она прикусила припухшую от поцелуев губу. Очень многозначительно. Но тут же будто очнулась.
