– Не ссы. До сих пор же не убили. – В шею влетел короткий, целомудренный поцелуй. Почти братский, боже. – Спи, – прозвучал негромкий приказ, и стало тихо.
– Па-ра-па-па-па! – Марго толкнула коленом дверь, неся в обеих руках прозрачные стаканы. В них плясали пузырьки, а на дне всколыхнулась какая-то зелень.
Келли крутанулась в вертящемся кресле и забросила ногу на ногу.
– Что это?
– Эй! Ты не узнала мохито? – Подруга приземлила стаканы на столик для макияжа. – Ну, то есть ром почти закончился, там его всего капля, остальное – спрайт, так что это мохито для слабаков.
Заботливая. Келли хмыкнула и снова повернулась к зеркалу.
– Могла не тратить на меня остатки рома. – Она нашла подругу в отражении.
– Я будто вечность с тобой не виделась, – отмахнулась та, – поэтому ром нужен.
Она по-хозяйски пнула кресло с Келли, и то откатилось от столика. Открыла верхние ящики и принялась в них рыться. Келли с ухмылкой уставилась на неё. Да уж. Ром, наверное, нужен. Потому что иначе никак не получается разобраться в том неясном клубке из чувств, который обмотал сердце и не отпускает уже пару дней. Казалось, наутро после той ночи всё должно само рассосаться, но время идет, а клубок всё больше затягивается. И не то чтобы это плохо. Но… чёрт. Что происходит?
В то утро Артур предоставил ей ванную, дал еще одну свою свежую футболку, толстовку, сделал тосты на завтрак и, как и обещал, довёз до дверей мастерской. Поцеловал в лоб и уехал. Не пришлось даже идти домой, чтобы привести себя в порядок и переодеться, потому что она уже была в порядке, а мужская толстовка выглядела как хороший оверсайз.
С каких это пор, интересно, одноразовый секс стал выглядеть… вот так?
Поэтому нужно отвлечься. Очень срочно.
– Сколько будем делать? – голос Марго ворвался в мысли.
Келли вздрогнула.
Подруга уже успела вытащить из ящика пару расчесок и пакет с прозрачными маленькими резинками для волос. В общем то самое, зачем Келли вообще притащилась к ней в другую часть города. Брейды. Дополнительные к тем двум, которые уже болтаются возле лица.
Она пожала плечами и потянулась за стаканом.
– Не знаю. Штук восемь? Десять?
– И как? Где? – Марго деловито уперла кулак в бедро.
– Да как обычно. Несколько скрытых в волосах, несколько прямо по верху…
– Уверена? Я их не стану расплетать через два дня, потому что у тебя болит башка.
Мамаша. Келли закатила глаза.
– Если понадобится, сама расплету, не ной. – Она приложилась к стакану.
Спрайт ударил в нос пузырьками. Марго снова влезла в ящик и вытащила связку разноцветных искусственных волос.
– Ну тогда выбирай. – Демонстративно тряхнула ими перед лицом.
Синие, желтые, красные, розовые и кислотно фиолетовые канекалоны замелькали перед глазами. И бирюзовый, конечно, бирюзовый. Разве есть варианты? Келли зацепила пальцами бирюзовую прядь. Еще ярче чем собственные волосы. Марго скептически фыркнула.
– Оке-е-ей… – протянула она. – Почему ты вообще снова решила их сделать? – Она аккуратно свернула остальные канекалоны и сунула их обратно в ящик.
На самом деле объективной причины нет. Когда долго носишь косы, и в самом деле устаешь, хотя это и красиво. Но чёрт…
– Да просто так. – Келли пожала плечами и отвернулась к зеркалу. – Для разнообразия.
Лгунья.
В памяти, как на рваной киноплёнке, пронеслись все моменты, когда Артур осторожно цеплял её брейды у лица и пропускал их сквозь пальцы. Каждый раз. Будто не осознавая, что делает, но у него всегда при этом такое лицо… Келли моргнула, отбрасывая видение. Щекам стало горячо. Вот же дерьмо. Она снова приложилась к мохито, одним глотком осушила половину стакана и отставила его на столик.
Что ж. Если это глупая попытка стать привлекательнее для парня, нужно признаться хотя бы самой себе. Артуру нравятся брейды. А ей нравится, что ему нравится. В этом же нет ничего такого, да?
Она нервно осмотрела комнату в отражении зеркала. Просто чтобы переключиться. Марго замерла за спиной, увлекшись отделением прядей канекалона для плетения. Её соседки по квартире куда-то свалили, и вокруг повисла тишина. А на кровати обнаружилась какая-то новая, странная подушка. Такой раньше не было. Келли зацепилась за эту мысль.
– Что это? – Она развернулась на стуле и ткнула пальцем в подушку.
Марго вскинула голову и обернулась. Канекалон повис в пальцах.
– О, кстати! – Она метнулась к кровати, подхватила странную штуку и вернулась обратно. – Надень. Это массажер для шеи. Купила на днях и сразу подумала о тебе.
Подруга, не дожидаясь разрешения, сама нацепила на шею Келли подушку, вытащила из-под неё волосы и щелкнула невидимой кнопкой. Келли на мгновение напряглась и… по коже задвигались ролики, проминая одеревеневшие мышцы. Тело сотрясла волна дрожи. Келли не сдержала стон.
Хотела переключиться – переключилась.
Господи, это же идеальная вещь для тех, кто большую часть жизни проводит в позе креветки. Почему она до сих пор сама не додумалась такое загуглить? Ролики надавили на какую-то невидимую, явно особенно зажатую точку, и искра боли пронзила позвоночник до самого копчика.
