– Да не сильно нас и преследовали. – Якоб плюнул за борт. – Вчера у нас сколько кораблей было? Вот! А сегодня один остался, нас теперь гонять будут все кому не лень. Как только в первый порт придем, я сразу договор с ней разорву. Лишь бы в этот порт еще прийти.
А кстати, да. По большому счету флотилии больше нет, формально можно договор расторгать.
– Так, плотники, что стоим? – раздался голос Тревиса. – Фальшборт заделать, где доски, вы в курсе. Остальным – быть готовым к бою, идем к Лас-Паломас, сами знаете, что это за место.
– Да чтоб вам всем! – Якоб хлопнул себя руками по ляжкам. – На Лас-Паломас!
– А что там? – полюбопытствовал я у него.
– Да все там что угодно: дикари, капитаны из «Союза Каракатицы», рифы… Паршивое место.
– Не скули, – оборвал его Калле. – А ты, Красавчик, его не слушай, он тебе наговорит. Да, Лас-Паломас – место не самое лучшее из всех возможных, но там можно прийти в себя и решить, что делать дальше.
– А долго туда идти?
– При таком ветре часа за три доберемся, – со знанием дела сказал Калле.
Якоб неодобрительно посмотрел на нас и отошел к группке корсаров, собравшихся у грот-мачты и что-то тихонько обговаривающих.
– Собаки шелудивые, – с презрением глянул на них Калле. – Шушукаются, твари.
– Как бы не нашушукали чего, – многозначительно сказал ему я. – Знаешь ведь, как это бывает…
– Пусть даже и не думают. – Калле кивнул в сторону капитанского мостика, где так и сидела Дэйзи. У его подножия стояло трое крепких пиратов, а над съежившейся фигуркой капитана возвышался Харрис как олицетворение мощи и силы. – Ну и потом, есть кодекс пиратов. Если что, то все по нему делается.
– Слушай, все-таки почему эти штуки, ну, которые мачту сломали и фальшборт, не могут быть магическими? – решил я выяснить вопрос, не дававший мне покоя.
– Маги почти не выходят в море. – Калле сел на палубу, я устроился рядом с ним. – Кракен чует творящуюся волшбу, как любой из нас ром, и сожрать мага для него – особенная радость. Поэтому ни один маг из Архипелага, выйдя в море, если он, конечно, ценит свою жизнь, не станет магичить. Да и ни один капитан так рисковать не станет, ты что!
– То есть это точно был не маг. Положим, что ты прав. – Я задумчиво почесал нос. – Но твои слова не опровергают моего предположения о том, что это мог быть магический предмет, если ты понимаешь, о чем я говорю. Одно другого не исключает, ну, если, конечно, кракен не реагирует на любое проявление магии вообще.
Калле замолчал, а потом хлопнул ладонью по палубе.
– У нас есть и кольца магические, и амулетов у каждого пригоршня, ты бы тоже обзавелся, к слову, они здорово помогают. И если ты прав, то я, пожалуй, догадываюсь, что это могло быть, слышал я тут кое-что!
Калле замолчал, задумавшись, я же прислонился к стене полуюта и прикрыл глаза. Вот почему столько игроков даже до пиратов не доходило, кракен любит кушать магов – и все. А их на каждом корабле небось по десятку-другому было, и они, поди, шалили своими умениями на вольном морском просторе по полной…
Холодная вода, окатившая меня с ног до головы, развеяла дрему, в которую я было погрузился.
– Ты что, салага, совсем страх потерял? – орал Харрис, глядя на меня, за ним стоял смеющийся Калле с ведром в руках. – Ты что, в гостинице, с ванной, горничной и ромом за счет заведения?
– Никак нет, сэр! – заорал я, вытянувшись в струнку. – Я не спал, я вынашивал план мести подлому Бамболейре!
– Вынес? – гаркнул Харрис. – То есть выносил?
– Так точно! – выкатил я глаза. – Запустить к нему в штаны змею!
– И как это возможно? – Харрис опять начал краснеть.
– Не знаю, сэр, – заорал я. – Мое дело – придумать, что сделать, а как придуманное реализовать – это не мое дело уже, а кого-то другого.
Харрис окончательно потерял дар речи и стал багровым, его ноздри раздувались как кузнечные мехи.
– Красавчик, пошли отсюда от греха, я его таким всего пару раз видел. – Калле с уважением посмотрел на меня. – Умеешь ты людей до бешенства доводить, позавидовать можно.
– Ты скажи, чтобы его сдуру кто водой не окатил, – посоветовал я Калле. – Он вон до критической температуры кипения, походу, дошел, как бы не развалился на кусочки.
Сзади раздалось гневное мычание Харриса, Калле ускорил шаг, и мы спустились в трюм.
– А куда идем-то? – полюбопытствовал я.
– Капитан Дэйзи тебя велела привести, что-то спросить хочет.
Каюта капитана, как и полагается, была расположена в кормовой части, с видом на море, так сказать.
Калле постучал в дверь, услышал гневное: «Наконец-то, чтоб вы все сдохли!», – удовлетворенно кивнул, и мы вошли внутрь.
Капитан Дэйзи была бледна, но спокойна, чего-чего, а самоконтроля этой девочке было явно не занимать. За двадцать минут лишиться почти всего, что было, и практически не поддаться эмоциям (те несколько минут на мостике можно и не считать за проявление слабости) – такую штуку не каждый мужик сможет выкинуть, что уж тут говорить о молоденькой девушке.
– Где ходите? – сварливо спросила она нас.
