– О Боги, – воскликнул Кван Чи.
Туён резко выдернуло из видения, она отшатнулась от клетки, но было уже поздно. Помощник алхимика широко раскрытыми глазами смотрел то на неё, то на монстра, который впал в ярость и стал бросаться на решетки.
– Дядюшка Чи, – осторожно окликнула его девушка, – прошу… – договорить не успела, мужчина бросился на выход.
Туён в ужасе схватилась за волосы, устремляя напуганный взгляд на монстра.
– Первый, – прошептала она, – что нам теперь делать? Самсон, если узнает…
Она не знала точно, что сделает Самсон, но догадывалась, что ничем хорошим ни для неё, ни для монстра не обернется.
Реакция алхимика не заставила себя ждать. За ней пришел Кван Чи, бросая виноватый взгляд.
– Не перечь ему, пожалуйста, – предупредил её он. – И расскажи правду, возможно…
Дальше он не стал продолжать, лишь горестно вздохнул.
Туён впервые была в кабинете алхимика в присутствии самого алхимика. Самсон расположился на стуле, больше напоминающий трон, чем предмет мебели для длительного сидения. Девушка подошла и по-военному выпрямилась, убрала лишние эмоции с лица, придала твердость взгляду.
– Мой помощник клянется, что видел, как вы держали за руку монстра, – холодно произнес Самсон, внимательно изучая её взглядом. – И он вам ничего не сделал.
Туён собиралась сказать, что Кван Чи показалось, но такой вариант развития событий алхимик словно предвидел, поэтому добавил:
– Советую подумать, прежде чем отвечать, ведь если Кван Чи сказал неправду, то понесет наказание.
Туён показалось, что она стоит на краю обрыва и сейчас признание её столкнет в простирающуюся черную бездну. Наверное, так и было… И ей было искренне жаль, что не было иного пути.
– Существа в клетках разумны. Они чувствуют всё, как и мы. То существо на арене пощадило меня, потому что и я пощадила его. Расположение того монстра в клетке я тоже сумела завоевать. Я уверена, что если проявлять к ним немного участия и заботы, то получится договориться и без насилия.
Самсон долго смотрел на неё, изучая. Искал насмешку, иронию… и не находил. Девушка отвечала на его взгляд своим твердым и уверенным. Алхимик вдруг звонко рассмеялся. Это было так неожиданно, что вздрогнула не только Туён, но и Кван Чи.
– Прелестно! Это же просто прелестно! – воскликнул Самсон, утирая проступившие от смеха слезы. – Потрясающая теория! – он радостно хлопнул по столу. – И я предлагаю вам её прямо сейчас проверить! – Самсон устремил взгляд на помощника. – Кван Чи! Подготовь отряд! Танэри Ли отправляется в черные лабиринты! Она с помощью участия и заботы приведет нам новых «друзей».
Помощник переменился в лице, бросая обеспокоенный взгляд на девушку, но перечить Самсону не посмел.
– Конечно, господин, я извещу Даина и подберу заключенных.
– Нет-нет! – алхимик снова радостно стукнул по столу ладонями. – Ни к чему привлекать следопыта. Танэри Ли прекрасно справится и без него! А заключенных возьми из тех, что остались в третьем крыле, там же живут её прошлые подопечные. Хочу заодно проверить сострадание живых людей. Так ведь, кажется, танэри Ли говорила на испытаниях. К нему взывала? – улыбка резко сошла с его лица. Он приказал, смотря на помощника: – Выполнять!
Кван Чи поспешил скрыться, а Самсон вызвал гвардейцев и приказал сопроводить Туён к воротам лабиринтам.
– Принимая во внимание ваш юный возраст и то, что вы женщина, я буду милостив, – сказал ей напоследок алхимик, – достаточно привести одного монстра.
Туён ждала свой отряд у входа в черные лабиринты почти два часа. Гвардейцы, охраняющие ворота, бросали на неё недоуменные взгляды, но спрашивать не рисковали. Многое успела за это время передумать девушка. Бояться уже устала. Мысли о побеге откинула сразу. Кругом охрана. Быстро поймают. А других вариантов спастись – не было.
Люди, подошедшие вместе с Кван Чи, изумленно смотрели на свою будущую сопровождающую. По их глазам Туён прочитала, какие именно планы рисовались в их воображении относительно неё. Девушка прикинула варианты избежать незавидной участи, и поняла, что таких нет. Чувство гордости трусливо просило её умереть при попытке бегства прямо здесь и сейчас, всё ж лучше, чем проверять на себе «человечность» людей, которые идут с ней, и монстров, поджидающих её в лабиринтах.
Туён ухмыльнулась, вдруг понимая, что в «человечность» монстров верила больше.
