– Уверяю вас, я знаю всю процедуру. Что касается моей ценности, разве вы нашли бы это место без моего участия?
– Пока мы не увидим хоть один пистоль, – сказала я, – это всего лишь бесполезная песчинка.
– Расскажи нам, Лагганвор, – настаивала Прозор.
– Не будем спешить. На этом этапе Боса действовала очень скрупулезно. Она не посылала опознавательный сигнал, пока не оказывалась на минимальной дистанции от камня, и я не думаю, что это делалось лишь для того, чтобы передачу не перехватил кто-нибудь посторонний. Скряга потребует ответа, когда будет готов, и ни минутой раньше, а если потревожить его со слишком большого расстояния, это будет воспринято как нехарактерное поведение. Терпение, Фура.
– К черту терпение. Скажи слово.
– Чтобы ты его немедленно транслировала Скряге? Ну уж нет… Я дождусь, когда мы будем готовы. Трещальник включен? Вруби усилитель на полную мощность и начинай проверять частоты в среднем диапазоне.
Фура нахмурилась, но подчинилась, и решетка динамика взорвалась обрывками голосов и мелодий, когда моя сестра покрутила ручку. Мы находились за пределами Собрания, но на расстоянии намного меньшем, чем его протяженность, и легко ловили передачи с миров, расположенных на нашей стороне Старого Солнца, и даже более далеких. В эфире звучали новости, сериалы, спортивные комментарии и концерты, а также кодированные сигналы, которые гармонизировали хронометраж и работу финансовых механизмов Собрания. Нам с Фурой все это было до боли знакомо, потому что мы часто сидели с отцом, когда он слушал подобные передачи, особенно в ту пору, когда в нашем доме еще не было мерцательника. Это воспоминание заставило меня задуматься о домашних радостях, о прочном распорядке, об удобствах семейной жизни, пусть подобные мечты и отдают мещанством.
– Чего же я жду? – спросила Фура.
– Поймешь, когда услышишь. Нельзя ли притормозить?
– Любой каприз за ваши деньги, – ухмыльнулась она.
Мы были на волосок от порога в пятьсот лиг, когда решетка динамика исторгла три резких одинаковых звука. Судя по четкости, сигнал пришел с очень близкого расстояния.
Все дружно посмотрели на Лагганвора.
– Требует получить разрешение на сближение, – сказал он, немного расслабившись, как будто и сам до сего момента сомневался в надежности своих сведений. – Скряга транслирует его в довольно широком диапазоне частот, но для полной уверенности не помешает просканировать среднюю часть диапазона. Обычно сигнал посылается на трех разных волнах, и мы должны ответить в течение минуты после того, как он прозвучит на третьей. Разумно предположить, что мы пропустили минимум одну.
– Итак… пароль, будь любезен.
– Включи подметалу и пошли шесть локационных импульсов в сторону Скряги. Ровно шесть, через равные интервалы.
Фура щелкнула тумблерами, и носовой подметала катера отправил серию локационных импульсов к камню. Мы шесть раз почувствовали легкий толчок, когда разряжались соленоиды подметалы.
А потом – ничего. Мы продолжали приближаться. Прошла минута, еще две. Лагганвор был на взводе, как и все мы. Едва ли он сумел хоть раз вздохнуть за эти две минуты.
Трещальник воспроизвел еще два сигнала.
– Это разрешение. Продолжайте на свое усмотрение, капитан Несс. Видите три больших кратера, расположенные примерно по прямой? Между вторым и третьим есть посадочная площадка, и уже можно разглядеть точку входа.
Фура включила тормозной двигатель.
– Нас тянет к нему.
– Там есть поглотитель. Радуйтесь – внутри Скряги двигаться будет гораздо легче.
После нашего экстремального приближения к голому поглотителю мысль о том, что один из них надежно заперт внутри мира – даже мертвого камня, вызывала неприятную дрожь. Теперь я поняла, что наше существование сопряжено со многими странностями, и то, что я когда-то считала экзотичным или тревожащим, на самом деле было обыденным, особенно если сравнить с сомнениями и вопросами, которые теперь свободно бродили у меня в голове.
Мы приземлились целыми и невредимыми. Если гаусс-пушки и существовали, а не были плодом воображения Лагганвора или дезинформации, то мы их не увидели. Но к тому времени ни у кого из нас не было серьезных оснований сомневаться в его правдивости. Пистоли сияли, Скряга говорил с нами, и обещанная посадочная площадка оказалась на указанном месте.
