Макс повернул ко мне голову, и я увидела его взгляд — очень страшный, холодный, безумный, словно ему нравится то, что он сейчас делает. Взгляд психопата. Меня передернуло.
— Хватит, — едва шевеля разбитыми губами, прошептала я.
Он отшвырнул Длинного и пнул ногой, тот замычал, пытаясь встать, шатаясь на коленях, свернулся пополам и начал блевать на асфальт.
— Живи, мразь, ей спасибо скажи.
Макс подошел ко мне вплотную, тряхнул рукой, которой бил Жору. Сжимая и разжимая разбитые пальцы. Несколько секунд смотрел мне в глаза, потом достал платок из кармана и вытер кровь с моего подбородка.
— Цела? — вручил платок мне.
Я кивнула и только сейчас заметила, что его куртка порезана в нескольких местах на руке.
Макс пошел к мерсу, а я так и стояла на месте, продолжая молча реветь и боясь посмотреть на Жору, которого продолжало выворачивать наизнанку.
— Тебе нужно особое приглашение? — спросил Макс, и я, выдохнув, побежала к машине, забралась на переднее сиденье.
Какое-то время мы ехали молча, потом он привычным движением включил радио и посмотрел на меня:
— Скажи, ты всегда умудряешься за сутки вляпаться в столько неприятностей, мелкая? Или это особо счастливый день у тебя?
— Особо счастливый, — ответила я, все еще промакивая платком свои разбитые губы.
— Да ты везучая, я смотрю. Ходячий талисман.
Макс остановился у обочины и повернулся ко мне, наклонился и приподнял лицо за подбородок.
— Точно цела? Зубы не выбили?
Я открыла рот и показала ему зубы в жуткой улыбке на все тридцать два.
— Не скалься. Тебе не идет. Жить у меня будешь какое-то время. Что ты там умеешь? Гладить, стирать, жрать готовить? Вот этим и займешься. И чтоб не слышно тебя было и не видно.
Я быстро закивала, не веря, что он согласился.
— Спасибо. Я буду… я.
— Молчать! Когда я говорю — ты молчишь. Это правило номер один. Поняла? — он снял куртку и бросил на заднее сидение… Я замолчала, рассматривая порезы у него на руке. Ткань, хоть и черная, вокруг них казалась темнее.
— Поняла, я спрашиваю?
Подняла взгляд и посмотрела ему в глаза. Очень светлые. На зимнее небо похожи, только сейчас не холодные и не страшные, как там… когда Длинного бил.
— Ты оглохла?
— Ты сказал молчать — я и молчу. У тебя в тачке есть аптечка?
И в этот момент Макс расхохотался, а я вместе с ним, размазывая слезы по грязному лицу. Кажется, я выиграла второй раз. Но ведь будет отдача? «Обязательно будет» — пообещал внутренний голос.
