В одном неведанном полку служил один связист. Боялся он лишь одного, того самого черного дембеля, ходившего по части слегка не по уставу. Его прическа была ниже стандарта, занимался он часто делами, которые вызывали неодобрения у всей части. Офицеры не трогали этого солдата, а некоторые и вовсе обходили стороной, понимая, что перед ними черный дембель. Он всегда говорил одну фразу:– Где-то двойки, где-то тройки.Никто так и не смог понять смысл его фразы.Содержит нецензурную брань.
Служил я, неважно, в каком полку, в неведанной части и было мне лет меньше, чем тем, кто мял ботинки на плацу. У нас был разношерстный взвод. Кто-то окончил институт, кто-то еле-еле окончил колледж, а был и вовсе «Кот-Васька». Котяра был родом из какого-то «колхоза» с причудливым говором, будто он только-только «дунул», но как стало известно позже, один раз он обожрался «молочины», что это такое и с чем его едят, расскажут только избранные. С тех пор ему стал присущ какой-то своеобразный говор. Призвавшись на службу, он стал говорить подобно пению в военных песнях. Вероятно, он переслушал на гражданке всю армейскую эстраду и с тех пор, ему даже во сне что-то чудится.
– Я тебя ща кончу! – кричал Васька, очевидно нажимая на курок своего автомата во сне.
Однако он меньше всего мешал спать, ведь был некий Макс. Именно он храпел на всю казарму. И теперь представьте, казарма и кубрик! Казарма – это большая общага, а вот кубрик – это комната в общаге, а он храпел на все здание. Тигр нервно курил в курилке и тут же подметал за другими бычки.
Время службы летело быстро. Я был обычным связистом. Мой взводник по прозвищу Ильич всегда говорил:
– Связисты – это золото инков.
Почему? Именно наш взвод в составе меньше чем из десяти человек мог развернуться быстрее, чем все остальные. А конкурентов хватало. «Бородатый взвод» связистов отставал от «зеленного» на десяток минут, а это о чем-то говорило. На полевых учениях мой взвод был одним из первых, кто плевал в небо.
– Я вас задрочу так, что вы будете взаимозаменяемы! – кричал наш старшина, глядя на разверстку. Что он имел в виду? Если к примеру моего друга Дениса убьет снайпер, то я справлюсь за двоих, того гляди и за троих.
У Дениса были свои тараканы. Он перевелся к нам из «минометки». Крепыш, на которого, вероятно, рассчитывала медкомиссия, но его «кукуха» подкачала. Ему даже казалось, что его поджидает снайпер рядом с БТР на узле связи. Хотя какой там снайпер в расположении части? Местное население наоборот носило нас на руках. Только-только прогремит «тревога», как выходя за пределы гарнизона, натыкаясь на местных, ты слышишь в свой адрес:
– Удачи вам мальчики!
Вытирая свои сопли от обычной простуды, поправляя автомат в полной «разгрузке», ты, как здравый человек задумываешься:
– Лучше бы ты тетя, угостила сигаретой.
Поймите одну деталь, по поводу быстрой разверстки боевого расчета. Мы – это отдельный взвод, а рота связи – это отдельная песня (в ее состав входит еще три взвода, но это отдельная тема для разговора), конечно, слов нет, ребята с узла связи – просто бесценная платина всей базы, но они и не поднимались «на высоту», положив аккумулятор на бляху, чтобы было легче идти.
Сколько раз я драил «очки» отдельная тема для разговора, но на самом деле все это обычное дело. Если вы не служили, то вам не понять. Ничего в этом нет. Самой невезучей была рота связи. Их дед как-то нашкодил так сильно, бросив оранжевую банку испод «Fanta» в туалет, что это «понравилось» другим его сослуживцам, но наш доблестный взвод эта печаль обходила стороной по графику дежурства, даже не думайте почему. На все есть свои причины. Шло время и не раз приходилось быть на КПП, обнимая цевье ненаглядного «Калашникова». Самым безумным был новый год. Наша часть находилась заграницей. После двенадцати часов небо над нашим гарнизоном озарилось трассерами. Местные выходили из домов и пускали очередь за очередью из боевого оружия. Где-то стрекотал ДШК. Что это? Лучше не задумывайтесь, но если одна пуля из него попадет вам в кисть, то ее оторвет от вашего тела от запястья начисто. Какой там бронежилет? Что говорить о «мухе», снаряд которой влетел рядом с восточной стеной части. О чем думает человечек в «жилетке», тоже лучше не думать, но очевидно, он осознает опасность, хоть ее нет, как представляют это люди отмечающие праздник, а в руках у солдатика боевое оружие.
