Прохоров прервал соединение.
Я бросил на стол мобилу и снова взглянул на экран монитора. Зевнул. Пробежался взглядом по первым абзацам текста. Узнал, что Анастасия Бурцева была дочерью генерал-майора КГБ и внучкой члена Политбюро ЦК КПСС (по материнской линии). Анастасия родилась в Москве… там же училась… замуж не вышла… трагически погибла в возрасте двадцати лет. На момент своей гибели являлась студенткой четвёртого курса филологического факультета МГУ. Студентка, спортсменка, комсомолка. В начале абзаца, сообщавшего подробности произошедшей с Анастасией Бурцевой трагедии, мне попалось упоминание деревни Григорьевка и пансионата «Аврора». Я хмыкнул, вернулся взглядом к началу абзаца, прочёл его теперь уже внимательно.
Автор статьи утверждал, что летом тысяча девятьсот семьдесят четвёртого года Анастасия Бурцева отправилась вместе с институтской подругой Зинаидой Тартановой в деревню Григорьевка, где проживала бабушка Тартановой. Там Анастасия познакомилась с двоюродным братом Зинаиды Тартановой временно безработным Фёдором Тартановым. Фёдор с первого дня знакомства оказывал московской гостье знаки внимания. И поначалу Анастасия принимала их благосклонно. В ночь с первого на второе июля тысяча девятьсот семьдесят четвёртого года Бурцева и Тартанов отправились на прогулку к популярному в тех местах (среди молодёжи) месту: к Птичьей скале. Где ровно в полночь и произошла трагедия, оборвавшая в итоге жизнь Бурцевой.
Второго июля, на рассвете, Анастасию Бурцеву нашли на берегу моря гражданка Г. и гражданин Ж. (отдыхающие из расположенного неподалёку от Птичьей скалы пансионата «Аврора»). Бурцева не утонула, проявляла признаки жизни. Бдительные граждане немедленно вызвали скорую помощь – Анастасию Бурцеву доставили в районную больницу. По пути в больницу она ненадолго пришла в сознание и рассказала медицинскому персоналу о том, что с ней произошло. Бурцева сообщила, что Фёдор Тартанов на вершине Птичьей скалы склонял её к интимной близости. Он не смирился с отказом. Напал на неё и изнасиловал. А потом испугался её угроз и неминуемого наказания за своё злодеяние. Тартанов столкнул Анастасию со скалы в море.
При поступлении в больницу Анастасия ещё была жива. Врачи до позднего вечера «боролись за сохранение её жизни». Но жизнь девчонке не сохранили. Скончалась дочь генерал-майора КГБ и внучка члена Политбюро ЦК КПСС на операционном столе в полутора тысячах километров от столицы СССР. Фёдора Тартанова арестовали, но до суда он не дожил – Фёдор умер в следственном изоляторе «от неизлечимой болезни». «Она умерла почти через сутки, - подумал я, – после падения на камни с Птичьей скалы. Там высота с пятиэтажный дом. Живучая была девчонка». Я откинулся на спинку стула, потёр глаза. Вспомнил, как много лет назад я стоял на той самой Птичьей скале и смотрел на небо и на море, окрашенные в яркие цвета рассвета.
Артурчик перезвонил через полчаса.
- Ну, как тебе такая инфа, Чёрный? – спросил он. – Проникся?
Я снова зевнул: прошедшей ночью почти не спал.
- Любопытная, - ответил я. – О молодости напомнила. И о нашей поездке в «Аврору».
- Ты не о том подумал, Чёрный! – сказал Прохоров. – Ты дату смерти девчонки видел? Она полетела со скалы в ночь с первого на второе июля. Мы в это время уже явились в пансионат и резвились ночью на пляже с парикмахершами из Саратова.
- Из Тулы.
- Да хоть из Караганды!
Прохоров откашлялся.
- Не тем мы с тобой занимались, Чёрный, - сказал он. – И не там. Птичья скала тогда была всего в километре от нас! И девка, которую тот придурок швырнул в море. Это ж не девка была, а настоящий клад!..
Артурчик снова прервался на кашель.
- Нам бы её в руки, - сказал Артур, - тебе или мне. Представляешь? Да мы бы… со связями её деда и папаши мы этот грёбаный мир с ног на голову перевернули. Как рычагом Архимеда. Запросто! Имея в жёнах такую-то крутую опору.
Я устало усмехнулся, сказал:
- Так бы она и вышла за тебя замуж. Раскатал губу. За ней в МГУ сынки дипломатов и генералов, наверняка, бегали. Я уж не говорю о простых москвичах. На тебя бы она тогда и не взглянула. Разве что песенки твои бы послушала…
Прохоров то ли хмыкнул в трубку, то ли кашлянул.
- На меня бы она, может, и не посмотрела, - сказал он. – Но на тебя бы эта принцесса точно клюнула. Ты только посмотри на её фотографию! Серая мышь. Ни рожи, ни кожи. Да она бы тебе в рот заглядывала и с рук твоих ела, как те парикмахерши из Караганды…
- Из Тулы.
- Полевать на тех глупых тёлок, Чёрный! – рявкнул Артур.
И уже спокойно сказал:
- Ты только подумай, Чёрный, какую мы с тобой возможность тогда профукали. Вот на ком нужно было жениться. Тогда бы тебя точно из института не выперли. Да и приговор Кириллу был бы не таким жёстким… если бы тот суд вообще состоялся.
***
