И еще Шурик был слаборазвитым. Не дебилом, как любят выражаться некоторые, а именно отстающим в развитии. Он плохо читал, а считал, как уже говорилось, еще хуже. Но кто сказал, что хорошие люди - это только те, кто шибко умные?
Кто были его родители - неизвестно. Отец, возможно, присутствовал лишь при зачатии, а мать, как говорили некоторые, оставила его в Доме малютки сразу же после родов. Поэтому все, что помнил Шурик, - это областной интернат, откуда его по достижении соответствующего возраста выпихнули со справкой. С тех пор Шурик и жил под железнодорожным мостом сразу за вокзалом.
Шурик считался "помойным". Из тех, что работают по мусорным бакам. Это низшая категория вокзальной братвы, и остальные относились к ним с высокомерным пренебрежением. Шурику перепадало не меньше других, но старик никогда не видел его озлобленным или сердитым.
Сейчас он был одет во всегдашние, ужасно старые светлые джинсы и синюю ветровку с желтой улыбающейся рожицей "Приятного вам дня!" на спине. Эта рожица удивительно подходила Шурику, она отражала обычное состояние его души. Несмотря на специфику его занятий, одежда у Шурика всегда была чистой. Каждый день он стирал ее в речке, возле которой находилось его жилье. Для этих целей он всегда был в поисках мыла. Вокзальные "туалетные дамы" его знали и иногда оставляли ему крохотные обмылки. Один раз старик даже видел, как, конфузливо улыбаясь, Шурик покупал в киоске кусок невесть откуда взявшегося там хозяйственного мыла. Поступок немыслимый для представителей их круга. Выбрасывать деньги на мыло у "помойных" считалось глупостью. Но Шурик был очень чистоплотным.
Старик свернул к нему и, подойдя сзади, тронул набалдашником трости плечо.
- Здравствуйте, Шурик, - сказал он.
Тот обернулся, и его лицо осветилось. Глаза стали еще прозрачнее, хотя, казалось, дальше и так некуда. А конопушки выступили на лице подобно маленьким звездочкам. Право же, с Шуриком стоило общаться, только чтобы увидеть это.
- Здравствуйте, Профессор, - ответил он и улыбнулся.
- Помочь? - предложил старик.
Шурик кивнул, продолжая улыбаться. От его улыбки у старика тоже поднялось настроение, и он почувствовал, что невольно улыбается ему в ответ.
- Вы бы чего хотели?
Шурик неуверенно пожал плечами:
- Покушать. - И повернулся к стеклу, за которым была выставлена всевозможная еда.
По его глазам Профессор понял, что Шурику хотелось здесь буквально всего. Это понятно, ведь голод - постоянный спутник людей, перебивающихся копеечными доходами. А Шурик, ко всему, еще был любителем сладкого.
- Очень хорошо. Сейчас посмотрим. - Старик направился к окошку. - Зиночка, - сказал он, наклонившись к девушке за прилавком.
- Да, Войцех Казимирович, - приветливо отозвалась та.
- Сколько у него денег? - Профессор понизил голос, чтобы стоящему за его спиной Шурику, поглощенному рассматриванием витрины, было не особенно слышно.
- Шесть двадцать, - так же тихо ответила Зиночка.
- Что там у нас выходит?
- Чашка бульона, хлеб и чай.
- Зинуля, будьте добры, добавьте ему окорочка и... - Профессор оглянулся, пытаясь проследить взгляд Шурика, - два кусочка вон того торта. Он украдкой протянул ей купюру.
- И придумайте, пожалуйста, что-нибудь. Вроде того, что он ваш миллионный клиент.
Зиночка смешливо фыркнула, пряча деньги.
- Сейчас сделаем, Войцех Казимирович.
Старик повернулся:
- Шурик, ваш заказ готов.
- Пожалуйста. - Зиночка выставила перед ним чашку с бульоном, два кусочка хлеба, тарелку с ароматно пахнущими жареными окорочками, блюдце с тортом и чай, налитый в одноразовый пластиковый стаканчик.
- Ой! - испуганно сказал Шурик. - Дорого.
- Все в порядке, - заверила его Зина. - Это последние окорочка со вчерашней партии, поэтому они идут по сниженной цене. А торт - бесплатно, от нашей фирмы. Как стотысячному клиенту.
Она озорно блеснула старику глазами через голову Шурика.
- Берите, Шура, - сказал Профессор, пропуская его вперед, - вы сегодня удачно попали. Я уже сто тысяч первый клиент, поэтому мне дадут за полную стоимость.
- А... у вас хватит денег? - встревоженно спросил Шурик.
- Хватит, не волнуйтесь, - успокоил старик. - Берите заказ.
Шурик растерянно замер над тарелками. Зина с улыбкой наблюдала за ним. Сначала он протянул руки к бульону и окорочкам, остановился в секундном замешательстве, затем осторожно взял блюдце с тортом, чай и понес их к ближайшей стойке. Он шел потихоньку, маленькими шажками, не отрывая глаз от блюдечка. Аккуратно поставил их и вернулся назад за следующей партией.
Профессор взял у Зины два черных кофе без сахара, бутерброды и присоединился к нему. Шурик стоял за стойкой, рассматривая великолепие своего сегодняшнего пиршества и не решаясь к нему прикоснуться. Затем он вздохнул, разложил два кусочка торта на блюдце так, чтобы они лежали порознь, и подвинул блюдечко к Профессору.
- Берите торт, - сказал он. - Угощайтесь.
- Благодарю вас, Шура, - мягко сказал Войцех Кази-мирович. - Не стоит. Я не хочу.
